Эйорика слаба, потрясена потерей ребенка, и мне думается, что Эберхайм пользуется ее состоянием, чтобы отомстить мне. Она лишь орудие в его руках, ничего не ведающее, наивное орудие мести изгоя, которому не досталось положить за эти годы всех изначальных.

– Угу? А скажи мне, за что Эберхайму мстить именно тебе, да еще таким странным способом? Ну, согласись, слишком сложно и рискованно проникать в Морент для того, чтобы может быть доставить тебе неприятности. Эти неприятности Этан получил бы себе с большей вероятностью, – медленно подошел к Лой Эхинох. – Тогда что заставило его рисковать? Дочь? Да, ради этого – я поверю.

Но тогда возникает второй вопрос – зачем рисковать собой, чтобы убить родную дочь или досадить через нее ее мужу?

– Я не Эберхайм, – бросил с презрением Эрлан, давая понять, что не собирается разбирать, что там себе думал и планировал изгой.

Эхинох как будто этого и ждал:

– Нет? – выгнул бровь. – Разве? Разве не ты здесь говорил, что он уничтожил самые сильные ветки изначальных, что в один день спалил мельберны и дейтрины вместе с учениками?

Эхинох со значением уставился на деда и опять повернулся к светлому:

– А разве на тебе нет крови своих собратьев?

– Я убивал изгоев и предателей.

Моя совесть чиста и закон на моей стороне. Выйди за стены Морента, советник, посмотри, что творится там, за границами вашего города, может быть тогда, у тебя не возникнут подобные вопросы.

Стало тихо. Маэр думал, насуплено разглядывая изначального и, жестом призвал внука. Тот нехотя встал за спинкой кресла, но продолжал смотреть на Лой с глубокими сомнениями.

– Я тоже убивала, – тихо призналась Лала. – На моем счету четверо багов и один из них – светлый.

Маэр перевел взгляд на нее. Таш шумно вздохнул и отошел к окну, встав спиной к присутствующим.

Пауза затянулась, но никто не хотел ее нарушать. Маэру тяжело давалось решение, остальные не могли вмешиваться.

– Один вопрос Эрлан Лой – кто убил деттов Ло и Шоэ, стража Самхарт?

– Люди Эберхайма. Это может подтвердить каждый из тех, кто выжил. Нам помогло лишь право Порверша и воинская сноровка Сабибора.

Ответ четким, сразу – без паузы на раздумья.

Маэр огладил бороду и хлопнул рукой по подлокотнику:

– Хорошо. Ты готов выдвинуть требования по вопросу разрыва уз?

Маэр тяжело поднялся.

– Девица Самхарт, по твоему заявлению будет проведено расследование. До его окончания ты будешь находится в изоляции.

– А как ты думала?! Девица из побочной ветки убивает светлого – это тебе не языком молоть! Пока не будут выяснены обстоятельства дела, ты будешь под строгим надзором!

– А как же Эя?! – возмутилась и не на шутку испугалась Лала. – Вы хотите, чтобы она погибла?!

– Я хочу, чтобы она поскорее выздоровела!! – громыхнул Хранитель.