А ты — один из двух людей на планете, который знает, как он выглядит после своих пластических операций. Интерпол, понимаешь, не знает, а ты — да.

— А кто второй… ну, который в курсе, как он выглядит? — поинтересовался Исмагулов.

— Я, — коротко ответил Глеб. — Так что поднимай свой красивый зад и веди меня к нему. Потому что, если я его не устраню, он устранит тебя, понял?

— Ладно, осознал. Уберите ствол, — попросил парень. Он быстро и деловито оделся, покосился на Глеба — и достал пистолет, старенький польский «Ванад».

— Оставь это дома, — посоветовал ветеринар.

 — Если мне будет нужно, я сам тебя вооружу.

Исмагулов неохотно спрятал оружие в ящик.

Звоницкий бросил взгляд на часы. Два двадцать. Времени остается все меньше. Можно только надеяться, что Малик сдержит обещание и дождется назначенного часа.

Он посадил своего ненадежного проводника рядом с собой, на пассажирское сиденье — не хватало еще иметь этого типа за спиной. Фарид больше не пытался спорить и сопротивляться — видимо, признал, что сила на стороне Глеба. Парень прилежно показывал дорогу. Они ехали сквозь ливень, видимость была хуже некуда, да еще проклятые пробки.

Это же надо, знаменитые столичные пробки мешают герою устранить международного террориста! В кино такого точно не бывает, не говоря уже о комиксах…

С тех пор как Глеб вышел от Веры, он чувствовал себя слегка не в себе — точно немного пьяным. Ситуация была до того неправдоподобной, настолько не похожей на нормальную жизнь немолодого ветеринара, что Глеб Аркадьевич даже не пытался анализировать, строить прогнозы и вообще задействовать разум и логику. Вообще с тех пор как он пригласил Киру Костомарову в ресторан, Глеб ощущал себя словно на гребне волны — несет тебя неведомая сила, увлекает куда-то вперед и вдаль… но теперь на пути этой самой волны отчетливо виднелась бетонная стена, о которую ему предстояло шмякнуться.

Так что, раз уж шансов все равно почти нет, почему бы не вообразить себя героем комикса — из тех, что листает на досуге Война… Вот он идет под дождем, воротник плаща поднят, свет фонаря тускло мерцает на стволе карабина, освещает орлиный профиль… Тьфу, что это за место?

— Ты куда меня завел, злодей?!

Звоницкий заглушил мотор и выбрался из машины.

Сомнений не было — они находились посреди гаражного кооператива. Десятки, если не сотни «ракушек» аккуратными ровными рядами уходили к горизонту, асфальтированные дорожки, точно авеню и стриты Нью-Йорка, пересекали территорию. На въезде вроде бы им попался какой-то охранник, но поскольку мужик не препятствовал их въезду, то и в дальнейшем на него рассчитывать не приходится.

— Привез куда надо, — обиженно сказал Фарид. — Тот, кто вам нужен, скрывается здесь.