пусть холодна, но я люблю ее, я счастлив…

Он остановился, набирая в грудь воздуха, Вяземайт спросил негромко:

– Что она? – не понял Придон. – Она тоже… счастлива. Ведь одним словом она восстановила мир и спокойствие здесь, во дворце, а потом и в самой Куябе!.. Ее благословляют куявы, ее любят артане. Она была и осталась высшей драгоценностью Куявии. Только теперь она засияла еще ярче.

Старый маг смотрел на него, как показалось Придону, с некоторой жалостью.

– Получил, – повторил он. – Да, ты ее получил… Но ты ее всего лишь получил.

– Получил, – сказал Придон зло, – завоевал! Захватил вместе с Куябой… и всей Куявией.

– Раньше ты говорил, – напомнил Вяземайт, – как сейчас помню, о своей любви.

Придон дернулся, как ужаленный.

– А как же иначе?.. Разве не во имя этой проклятой любви нее это… Разве наши страны не трясло, как… Я люблю ее, я люблю ее так же безумно, я сгораю.

Вяземайт долго смотрел на него сочувствующе, потом тихо обронил:

– Нельзя любить ни того, кого боишься, ни того, кто тебя боится.

Отворилась дверь, ввалился отдувающийся Аснерд. Он дожевывал большую кость с лохмотьями мяса, кивнул обоим, вытер масленые губы тыльной стороной ладони, Придон услышал скрип, словно точильным камнем с силой вели по лезвию топора, швырнул кость в дверной проем, там послышался вопль, и захлопнул дверь.

– Ну че у вас веселенького?

Вяземайт бросил на него сердитый взгляд, прошел мимо, дверь отворилась от пинка, Аснерд проводил волхва непонимающим взглядом.

Придон остановился, буркнул:

Аснерд ответил со скупой усмешкой на огромном лице:

– Все хочет, чтобы ты повзрослел.

Аснерд оглядел его с головы до ног.

– Ну, если для схватки в двобое, то лучше тебя нет бойца во всех трех тцарствах.

Может быть, и на всем белом свете нет. А то и на том, что внизу. Но Вяземайту хочется выжать из тебя все, на что годен, чудак!

Придон опять не понял, шутит ли, на всякий случай хмыкнул.

– На что я годен, сам знаю. А он что хочет?

– Сделать тебя тцаром.

– Я ж сказал, лучший боец на свете!

– Ну, тцар… Сам посуди, какой из тебя тцар? Ты даже не знаешь, сколько зерна в этом году продали Вантиту. А это важнее, чем какую армию собрал, сколько городов захватил… К счастью, у нас тцар что-то вроде вожака наемной шайки. Только что не из чужих, а своего выбираем.

А у Вяземайта задумка есть… Хитрый он, хитрый! Потихоньку старается раскрыть тебе глаза.

Придон пожал плечами.

– На что? Старается доказать, что я на самом деле не люблю Итанию? А зачем это ему?

Аснерд ответил беспечно:

– А кто их, волхвов, поймет? Может быть, тогда станешь замечать, сколько зерна собрали, какие где новые города заложить… Слушай, а что нам то несчастное гнездо Иггельда? Да пусть там сидит! Пока к нему доберешься, половину конницы потеряешь только при подъеме.