Да… Так хорошо! Ох…

— Во всех смыслах… очень… — добавляет севшим голосом.

Я впиваюсь ноготками в его плечи, когда он начинает раскачивать ритм и тем, превращая его в невозможно быстрые и ритмичные толчки. Двигается не только он. Я двигаюсь ему навстречу, схожу с ума от урагана эмоций, от ощущений, которые пронизывают меня насквозь.

Мое тело горит, в груди полыхает костер. Тягучее желание, вспышки удовольствия так напоминают новогодние фейерверки. Только у меня они начались раньше времени… Как же хорошо!

Он постоянно говорит комплименты хриплым, срывающимся голосом. Отзываюсь на каждый из них и забываюсь…

Забываю о контроле! Обо всем на свете забываю.

Меня так размывает от удовольствия, что я даже точно не могу сказать, достаточно ли хорошо он контролировал себя… Я — точно нет! Тонула и кипела в лаве экстаза…

Мы не спали всю ночь. Так хорошо мне не было еще ни разу…

Мы сомкнули глаза только под утро.

Я точно не знала, утро ли это? Но по ощущениям, уже подкрадывался поздний зимний рассвет.

На следующий день я с большим трудом разлепила глаза.

И то лишь потому, что меня теребила за руку Лелька.

— Мама, мама, к нам кто-то хочет войти… Они стучат! Гломко…

Кто стучит? Зачем стучит? Почему так темно?

Я соображала с трудом.

После всего, что мы с Алексеем вытворяли в этой самой постели, я заснула без задних ног и чувствовала, что могу поспать еще немного! Часик-два, в идеале!

Но, увы, этого времени у меня в запасе не было.

Дочка проснулась и разбудила меня первой, значит, пора и мне приходить в себя.

Ой…

Спохватившись, я поняла, что мы с Алексеем спим вместе. Без одежды.

Вот стыдно! Как нехорошо перед дочкой получилось!

Я подтянула одеяло, которое было у груди, до самого подбородка и осторожно бросила взгляд через плечо.

Алексей спал у стены. Слава всему, он спал спиной ко мне и дочка ничего, кроме его голой спины, разглядеть не могла.

Как сладко спит Кравцов…

Как заманчиво похрапывает! Даже не просыпается.

Я с трудом подавила зевок и обняла дочку."

"— Доброе утро, Лель. Ты давно не спишь?

— Только что встала. Нам стучат! Сколее пошли смотреть.

Я покрутила головой из стороны в сторону. Почему так темно…

Комната тонула в сером полумраке.

Неужели еще слишком рано.

Я наощупь взяла с тумбы возле кровати небольшие часики, которые тикали едва слышно, и пригляделась к циферблату.

Ого!

Уже двадцать минут одиннадцатого! Так почему же так темно?!

— Мама, пошли!

— Уже встаю, Лель.

— Плямо сейчас иди.

— Хорошо, а ты принесешь мне свой фонарь? Здесь так темно…

— Он уже плохо голит.

— Ничего страшного, мне хватит.

— А Бозик почему спит?

Я обернулась и погладила мужчину по спине, приложила палец к губам.

— Он устал.

— Смотлел за тобой холошо?

— Очень, — честно ответила я.