С тяжелым вздохом пробегаю лестничные пролеты и, присев на задние сидение такси, тороплю водителя. Сердце стучит, и я слышу каждый его громкий удар.

Я спешно отдаю водителю купюру и со словами: " Сдачи не надо", выскакиваю на улицу. Мелкий пушистый снег падает мне на лицо, и снежинки таят на моих горячих щеках. Я тихонько подхожу ко входу и дергаю входную ручку. Закрыто. Чего я еще хотела? Что будет открыто и простелена красная дорожка? Как глупо! Я оборачиваюсь, чтобы уйти, но в двери поворачивается ключ, и из-за приоткрытой створки выглядывает лицо охранника.

— Роман? Привет, — с надеждой воодушевленно здороваюсь с охранником.

— Привет, — чуть удивляется Роман.

— Ромка, я за мужем. Пропустишь?

— Тебя, конечно, пропущу, — пряча глаза, отвечает Роман.

— Андрей в кабинете? — робко спрашиваю уже в холле, и уже не рада своей затее.

— Да, кажется, я его не выпускал, — Роман возвращается за свой стол с мониторами.

— Хорошо, — я разворачиваюсь и тихонько прохожу по знакомому коридору. Каблуки сапог тихонько цокают по полу и эхом отзываются в пустом здании. Двери закрыты, и я чуть надавливаю на дверную ручку двери со знакомой строгой табличкой и вхожу внутрь.

В приемной горит свет, светятся всеми огнями включенный монитор компьютера, но никого нет… За плотно закрытой дверью кабинета моего мужа слышу тихий женский стон. Я чуть толкаю дверь, понимая, что всё, что мне предстанет перед глазами, разобьёт всю мою жизнь и всё, что я так старательно строила в последнее время.

Распластав на большом столе свою немолодую помощницу, мой муж методично раскачивается над раскинутыми в разные стороны ногами Марины. Мариночка скулит в ответ. И от всей квартиры краха моей жизни стало дурно.

Тошнота резко подкатила к горлу. На всё представленное моему взору, я нервно засмеялась в голос. И все детали разрозненной на мелкие части картины сейчас легли в больной, не укладывающийся в моей голове образ. Андрей резко поворачивает голову и в изумлении отскакивает, застегивая ширинку.

Я вышла в коридор и прислонилась к стене. Всё кружилось, казалась в своеобразном адском хороводе. Я молча, сглатывая слезы, которые стараюсь из всех сил удержать, быстрым шагом направляюсь к выходу из душного и злополучного здания.

— Ты знал! — бросаю на Ромку обвинительный взгляд.

— Все уже давно знают, — чуть сипловатым голосом отвечает Роман, всё также пряча виноватый взгляд от меня.

— Выпусти меня, пожалуйста, и побыстрее, — я от бессилия уже шепчу.

Роман, громыхая связкой ключей, проворачивает в замочной скважине дважды, и я вылетаю из злополучного места.

Не вижу перед собой ничего и просто брожу по улице наугад. Телефон беспрерывно гудит на вибро режиме, поставленным мною ещё в такси, но я не хочу никого слышать в эти минуты.