— Так что с Прасковьей? Не видел её уже несколько дней… — спросил негромко я, перебирая пальцами огненные локоны девушки, когда наш с Алиной сексуальный марафон подошел к концу и с моего рабочего стола мы перекочевали на мягкий и удобный диван в углу кабинета.

— Она тренируется, как сумасшедшая и до беспамятства, — лежа у меня на груди, тихо сообщила княжна. — Куня до сих пор не может поверить в то, что ты каким-то образом смог одолеть четырёх архимагов, — и чуть заворочавшись у меня под боком, Трубецкая подняла на меня два своих ярко-голубых манящих озера. — Мне кажется, она тебя начинает бояться.

— С какой это стати? — усмехнулся я.

— Ты необъяснимо становишься сильнее с каждым разом. Ты странный. Поступаешь порой тоже непонятно, — задумчиво проговорила Алина и, приподняв руку, изящными пальчиками коснулась моего лица. — Возможно, и я бы тебя начала бояться, если бы не наши отношения и не произошедший случай с артефактом.

— Не жалеешь, что связалась со мной? — с явной провокацией осведомился я.

— Ни капли, — отрицательно покачала головой та и, приподнявшись на локтях, в очередной раз одарила меня страстным поцелуем.

— Как себя ведут ухажеры после твоего воскрешения?

— Всё также на что-то надеются, — звонко рассмеялась боярышня, крепче прижимаясь к моему боку. — У Куни тоже самое. Пытаются поразить нас своими скрытыми талантами. Настолько скрытыми, что их вовсе незаметно. Только где они были, когда Нассау подавлял их только одним присутствием? Сплошь балаболы.

— Мне вмешаться? Всё равно нужно явится в академию на этой недели перед Новым годом.

— Не марай руки о них. Мы сами справимся. Лучше готовься к столповой.

— Я слышал, что князь Акинфов собирается к вам с брачной делегацией? Этот кухаркин сын решился сделать тебе предложение? Это так?

— Ага, — кивнула головой девушка с невероятным спокойствием.

— Как понимаю, вопрос этот уже решен? Или мне всё-таки вмешаться?

— Ты прав, — расплылась в злорадной ухмылке Трубецкая, чмокнув меня в щеку. — Дедушка их пошлёт. К тому же они даже не дружеский нам род. Так что не волнуйся. Я подожду…

— Мне нравится непоколебимость твоего старика, — похвалил я деда Алины. — И мне импонируешь не только ты со своим со своим обворожительным телом, но и по душе твоя выдержка.

— Потёмкин ничуть не хуже, вот только… обстоятельства… — пожала плечами довольная княжна, подставляя щеку под мой поцелуй.

— Кстати, ты что-нибудь слышала о Разумовских? — полюбопытствовал я.

— Разумовские? — нахмурился задумчиво девушка, видимо, та пыталась отыскать нечто знакомое в памяти. — Слышала о них. Опальные.