Обожаю людей!

– Зачем мне врать? – с показным недовольством и толикой обиды говорю я.

– Извини. У нас здесь разные экземпляры попадаются.

И вот мы уже почти кореша. Теперь он сам чувствует вину за то, что усомнился во мне.

– Хочу подарить Алене цветы. Не знаешь, какие она любит?

Не знает. Вопрос с парнем снят. Такие экземпляры обычно ведут целую анкету на свою половинку.

– Ладно, – взмахиваю рукой, чтобы не грузить его слишком сильно. – Что-нибудь придумаю. А парень у нее есть? Не хочу еще раз по роже получить за искренний знак внимания.

– Во сколько вы закрываетесь?

– А разъезжаетесь по домам?

Широко улыбаюсь, потому что узнал все, что нужно. Отпускаю с крючка источник информации и прикладываю карту к терминалу, оплачивая счет. Бросаю взгляд на наручные часы. Должен успеть вернуться к двенадцати.

– Спасибо, Эдик. Только не выдавай меня Алене, ладно? Пусть будет сюрприз.

Какая мерзопакостная прелесть! Хочет порадовать любимую чужими руками. Жесть! Киваю ему на прощание, чтобы не испортить впечатление, и шагаю на выход, не глядя по сторонам. Алене стоит немного потомиться, чтобы получился настоящий сюрприз.

Мороз с ходу набрасывается на открытую кожу. Касаюсь пальцами носа, и со смешком изо рта вылетает белый пар. Я уже и не надеялся на нашу встречу. Думал о ней иногда за стаканом, но чтобы вот так, под Новый год. Я точно не заслужил этот подарок, но раз он уже перед глазами, то отказываться не стану.

Алена… Я не встречал больше такой, как она. Даже близко. После этой капусты брокколи ни один бургер в глотку не лез. Голодовки, конечно, не было, но и чувства насыщения тоже. У меня были причины скрыться с горизонта, в первую очередь ради нее самой. Если отмотать время назад, то решение осталось бы тем же, но Алена правильно подметила… мы теперь будто чужие. Никаких семейных драм, интриг и тренировок. Только мы вдвоем. Настоящие. Чистый лист.

Подхожу к новому автомобилю Ани и достаю вторую пару ключей, которую не успел отдать владелице. Надеюсь, она не будет против. Не стоять же машине здесь все праздники. Достаю телефон и, прижимая его к уху, сажусь за руль. Из динамика доносится запыхавшийся хриплый голос:

– Знаю, Рюк. Появились дела поважнее.

– Важнее, чем бабки?

– Я уже освободился. Где ты?

– В студии, у меня репетиция.

Спускаюсь по лестнице в цокольный этаж. Стены вибрируют от басов и битов. Открываю железную дверь, и меня чуть не сбивает с ног громкая музыка. Щурюсь от яркого белого света, отражающегося в зеркалах, но как только взгляд проясняется, вижу шестерку взмокших от пота танцоров, выполняющих синхронные движения.

– Мнац! – кричит Рюк, заметив меня. – Посиди пока!

Киваю другу и сажусь на стопку спортивных ковриков, расстегивая куртку.