— Серьезно?

— Да! Теперь все будет иначе! — выпаливает и выбегает из кабинета отца. Не оглядываясь на зов матери и дочери, покидает квартиру.

Он обязан помочь! Теперь все изменилось! Ольга так в это верит. Ведь если не он, тогда ее жизнь окончательно рухнет.

Глава 20

Оля садится в такси, называет адрес. Почему жизнь так несправедлива с ней? Ведь она ничего особенного никогда не хотела. Только одно желание двигало ею… Но какое! Подчиняющее, уничтожающее и в редкие моменты окрыляющее.

Нет, возвращение Дена не должно ей помешать. Она просто не выдержит эти муки повторно.

Он никогда ей не нравился. Еще с детства, когда Вика стала приводить своего друга к ним домой. Ольга страшно ревновала мальчишку к старшей сестре. Она хотела, чтобы Вика как можно больше времени проводила с ней. Ей нравилось с ней играть, делиться переживаниями спрашивать совета.

Но Денис занимал все время сестры. Брат Костя относился к Ольге прохладно. У них с самого детства как-то не задались отношения. А вот к Вике она всегда тянулась. Только оказалась, что у сестры не особо-то есть время на Ольгу. Денис украл у нее сестру.

Мать считала ее ангелочком, и Ольга должна была соответствовать образу.

Она не могла разочаровать родителей. А ведь ей тоже хотелось лазить по деревьям, проказничать. Но она была гордостью родителей, отличницей и правильной девочкой.

Эта правильность въелась в нее, набила оскомину. Она ее ненавидела. Внутри жил протест, но никогда он не выходил наружу.

В ней была заложена какая-то разрушающая программа, быть образцовой дочерью, слушаться родителей. Эта программа перекочевала и во взрослую жизнь."

"Восемь лет она провела замужем за человеком, которого едва могла терпеть, видеть и говорить с ним.

К концу их семейной жизни, она его люто ненавидела.

Даже мысленно не раз убивала его. До чего ее довели! В реальности бы не смогла. А вот фантазии, о том, что Дениса больше нет, доставляли черное удовольствие.

Когда же она узнала о его смерти… да, она радовалась, она исступленно кричала на всю квартиру о своем счастье. О своей свободе.

Это плохо. Нельзя желать человеку подобного. Но Ольга уже была на грани. Она не железная, и образ ангелочка, все больше душил, день за днем убивая ее саму.

— Приехали, — таксист останавливает машину у большого загородного особняка.

— Спасибо, — Ольга расплачивается и торопливо покидает салон.

— Он дома? — спрашивает охранника у ворот.

— Да. Сейчас спрошу можно ли вам.

— Конечно, можно! Как еще! — возмущенно фыркает.

— Спрошу, — охранник закрывает перед ее носом дверь.

— Двери этого дома для меня всегда открыты! — кричит в закрытую дверь.

А сама сгорает от унижения. Не открыты. За столько лет, а не открыты. Только если он пожелает.

Извечная ее боль.