Давал какие-то таблетки, но Денис их выплевывал.

Он не понимал, где находится. Зачем тут? Как оказался?

Бродатый говорил мало. Немногочисленные фразы произносил на испанском.

К своему стыду, будучи на лечении в Испании, Денис так и не выучил языка. А сейчас бы ему эти знания, ох, как пригодились.

Очередной раз появившись на пороге, бородатый кинул Денису темно-серое тряпье. Жестом показал одеть.

При ближайшем рассмотрении, это было похоже на какую-то форму. На груди было выбито число девятьсот двадцать три.

От нехорошей догадки мороз прошел по спине. Денис пытался добиться встречи с начальством, снова задавал вопросы.

Мужик лишь тыкал пальцем в тряпье.

Денис нацепил вонючую одежду. Бородатый жестом показал следовать за ним. Они миновали темный, сырой коридор, поднялись по лестнице и вышли к камерам.

С обоих сторон коридора, через решетки тянули руки мужики в такой же форме как у него.

Тюрьма…

Денис даже протер глаза. Это было за гранью реальности. Как он оказался в иностранной тюрьме?

— Где ваш начальник? Произошла ошибка?! — пытался докричаться до бородатого.

Тот не реагировал. Только сбросил его руку.

К ним присоединились два здоровенных охранника с автоматами. Бородатый открыл двери одной из камер, охранники втолкнули туда Дениса.

Он упал на пол. Его тут же обступили четыре мужика. Выражения их лиц были безумные, одичалые. Они мало походили на людей.

Один из них ударил Дениса кулаком по голове. Вскоре к нему присоединились и другие сокамерники. Били не так сильно… это Денис понял уже позже. Иначе бы убили.

Это было своего рода приветствие новичка. В том месте были свои жуткие законы.

Позже Денис узнает их все.

А тогда от недоумения и отчаяния, он молча сносил удары, терпел, и мечтал забыться, потерять сознание и никогда больше не видеть этих жутких рож и этого места.

Такое же не может происходить с ним?

Его сознание отказывалось принимать действительность.

Но как показали следующие дни, именно это место стало его новой обителью. У него больше не было имени, только номер девятьсот двадцать три. У него не было прав. И опасность грозила, как от обитателей адского места, так и от охранников.

Заключенные были тут мясом, сбродом, кем угодно, но только не людьми.

Они давно утратили человеческий облик, все решали кулаками. Уничтожали тех, кто слабее. А охранники, в свою очередь жестоко наказывали, часто даже без повода. Повинуясь своим жутким прихотям.

Иногда руководство их заведения, порой и просто надзиратели, ради развлечения организовывали бои заключенных.

Денис понимал, что выхода у него нет. Его сюда оправили умирать. И кто-то очень хотел, чтобы перед смертью он изрядно помучился.

Но когда у человека есть цель. Когда сердце бьется, отбивая лишь одно имя.