Пока Элана обзванивала бабушкиных знакомых и сообщала, что их подруга скоропостижно скончалась, я расшивала защитными узорами вещи - ее и Дэна: носовые платки, шарфы, подкладки курток. Заставила Дэннера снять рубашку и нанесла несколько незаметных обережных стежков на внутреннюю часть ее ворота и рукавов. Потом то же самое проделала с дочкиной юбкой. Теперь мои ребятки смогут с легкостью затеряться в толпе и незнакомые люди при случайной встрече не обратят на них свое внимание. Жаль, что себе самой такие узоры я вышить не смогу – на меня моя магия не действует.

   …Они просидели у меня до самого вечера. Домой я их выпроводила только в десятом часу,и то после того, как сорок раз подтвердила, что нахожусь в адекватном состоянии и в сиделках абсолютно не нуждаюсь. К тому же, завтра у Дэннера должен был быть рабочий день, а Лане предстояла очередная встреча с дипломным руководителем,и мне совершенно не понравилась их идея наплевать на дела (в интерпретации зятя это называлось «вежливо отпроситься») и снова до сумерек отпугивать мою депрессию.

   Когда за детьми закрылась дверь, я ушла в свою комнату и принялась за шитье.

Просто появилось четкое ощущение, что, если хоть на минуту останусь наедине со своими мыслями, пресловутая депрессия набросится на меня с радостным воплем.

   Мысли, впрочем, появились все равно. Зато осталась возможность рассуждать здраво.

   Маму было жалко до воя и зубного скрежета. Урна с ее прахом сейчас стояла на самой дальней полке в кладовке – Лана запрятала ее туда, как только выяснилось, что у меня при виде этого скромного сосуда начинается мелкая нервная дрожь.

   По щеке покатилась слеза.

Я быстро смахнула ее ладонью.

   Что ж, а жизнь-то, между тем, продолжается. Вместе с ее заботами и проблемами. И на первом месте в списке этих забот стоят кейа. Честно говоря, после того, как нам с дочерью вручили урну, у меня на мгновение появилась идея собрать чемодан и уехать из города, хотя бы на какое-то время. Та же мысль посетила и Элану – всю дорогу до дома она рассуждала о том, что мне будет ОЧЕНЬ полезно отправиться в кругосветное путешествие. Дело это, конечно, было заманчивое, но совершенно бесполезное.

Насколько я знаю кейа, взяв след, они будут идти за своей добычей до самого конца. Единственный способ избавиться от их внимания – убедить, что следа на самом деле нет.

   Помнится, давным-давно, когда мы с Тарьей ещё жили в общине, одна пожилая и безмерно уважаемая женщина пригласила всех местных детей (и меня в том числе) на чаепитие в свой дом. За столом она долго говорила на темы нам, восьми-десятилетним девочкам и мальчикам, совершенно непонятные. О предназначении, магии, свободе.