Я обняла Джианну, прежде чем встать.

— Не позволю. Я обещаю, — сказала я.

Мне было все равно, что Эрл думает обо мне, но его слова, набитые на моей спине, могли стать словами, произнесенными шепотом среди Фамильи. И я не могла не беспокоиться об этом.

— Мне все еще не нравится идея, что он будет с нами, — пробормотал Амо, когда Мэддокс подъехал к особняку на новеньком Харлее.

Он был удивительно похож на его старый, только без адской гончей «Тартара». На нем не было костюма, только черные джинсы, черная футболка, кожаная куртка и байкерские ботинки. Без шлема.

Я не могла не улыбнуться, несмотря на мое беспокойство по поводу тату.

— Он не мог прожить без нового Харлея, — пробормотал Амо.

Мне нравилось видеть Мэддокса на мотоцикле. Это его место, но какая-то часть меня беспокоилась, что он действительно не сможет жить без байкерского образа жизни. Два телохранителя уже ждали перед дверью, а один сидел за рулем лимузина с бронированными стеклами.

Отец настоял на том, чтобы я взяла с собой трех охранников. Он не считал Мэддокса дополнительной защитой — совсем наоборот.

Амо последовал за мной на улицу.

Я направилась к тротуару. Мэддокс слез с байка и сделал шаг в мою сторону, будто собирался поприветствовать меня поцелуем. Я небрежно отошла в сторону, осматривая его байк, опасаясь, что поблизости находятся папарацци. Фотография поцелуя между мной и Мэддоксом могла бы вызвать скандал. Я еще не готова к этому. Не раньше, чем я почувствую себя прежней, и уж точно не раньше, чем мы с Мэддоксом обсудим наши отношения.

Он поднял брови, но ничего не прокомментировал. Амо раскрыл пиджак, показывая два пистолета.

— Тебе нужен один для защиты Марселлы?

Я благодарно улыбнулась ему. Это был его способ помириться с Мэддоксом. Возможно, вчерашний разговор действительно изменил его мнение. Я надеялась, что изменил. Если внешний мир был против нас с Мэддоксом, мне нужно, чтобы хотя бы моя семья была на моей стороне.

— Спасибо, но я экипирован. — он поднял кожаную куртку, обнажив пистолет. Затем повернулся ко мне. — Полагаю, ты не поедешь со мной?

Я видела разочарование на его лице, но, для начала, отец устроит скандал, если я не поеду в безопасном лимузине, а я не хотела подобных фотографий.

— Я должна ехать в машине.

Мэддокс кивнул. Расстояние между нами, физическое и эмоциональное, убивало меня, и, судя по его выражению лица, его тоже.

— Я поеду впереди, проверяя, безопасна ли дорога, Белоснежка.

Белоснежка. Вначале я презирала это прозвище, но не сейчас.

Он снова сел на Харлей и посмотрел на меня таким взглядом, что я пожалела, что не поехала с ним. Я хотела разделить это с ним, хотела понять, что он чувствовал, когда ехал на байке.