— Сблизиться с твоим отцом в Вегасе, в одиночку, звучит как великолепная идея, — сказал я с сарказмом.

— Сделай это для меня, — тихо сказала Марселла.

— Убить моего дядю, работать с Фамильей, быть вежливым с отцом и братом этого недостаточно?

Она просто улыбнулась.

— Ты станешь моей погибелью.

Я остановился перед особняком Витиелло, где забирал Маттео и Амо. Они уже ждали меня. Амо на своем оранжево-черном байке для мотокросса, который, правда, не был лучшим выбором для поездки, как мы планировали, но зато не моя задница и яйца будут трястись, как хороший мартини.

Супербыстрый Кавасаки Маттео тоже не был таким удобным, как мой Харлей, но на нем очень весело ехать.

Маттео протянул мне небольшой рюкзак.

— Можешь положить его в свой багажник?

Я бросил на него недоверчивый взгляд.

— В моем Харлее, может, и больше места для хранения вещей, чем в твоей членовозке, но у него нет багажника.

Ухмылка Маттео расширилась.

— Мой член в порядке, спроси мою жену. Теперь что насчет моего рюкзака. Мне нужны мои косметические средства. Это лицо не останется таким красивым, как сейчас, без некоторой работы.

Я покачал головой и вырвал рюкзак из его рук.

— Если ты наденешь маску на лицо в любой момент нашего путешествия, я прекращу подачу топлива и отправлюсь искать настоящих мужчин, с которыми можно отправиться в путь.

— Удачи в поисках того, кто не захочет убить тебя за вознаграждение.

— Нет причин ощущать угрозу своей мужественности только потому, что я забочусь о своей красоте, — сказал Маттео с ухмылкой. — Ты не в моем вкусе, так что даже если бы я был геем, ты бы не приблизился к моему заду.

— Боже, мое сердце разбито.

Амо сел на свой байк.

— Вы оба старые сплетники. Если кто и перекроет ваши запасы топлива и уедет, так это я.

— Что насчет твоей косметике? У тебя есть сумка и для моего багажника?

Амо показал на элегантный черный рюкзак, пристегнутый к его спине.

— У меня все готово. Я не нуждаюсь в косметических средствах. Я естественен.

Маттео похлопал его по плечу.

— Это говорит цыплёнок, который только что обзавёлся волосами на лобке. Дождись двадцати, потом повторим разговор.

Я надавил на газ, заставив двигатель зареветь, заглушая ответ Амо. Когда снова воцарилась тишина, я пробормотал:

— Как насчет того, чтобы отправиться в путь? Эти выходные в любом случае будут долгими.

Маттео иногда мчался вперед, давая нам возможность снова догнать его. Амо тоже иногда съезжал, перелетая через какие-то углубления. Я не позволял их трюкам отвлекать меня от ощущения скольжения моего байка по дороге. Это первый раз, когда я ехал не один, и хотя это не то же самое, что лететь через улицу в группе Харлеев, мне было приятно хоть раз побыть с другими.

Конечно, ни Маттео, ни Амо не были настоящими байкерами.