А моё тело, кажется, забыло, как находиться в вертикальном положении. Колени подогнулись, я качнулась вперёд и самым постыдным образом шлёпнулась щекой о прохладную грудь мистера Этелхарда. О! У его дракона даже чешуйки прорисованы! Ну надо же! Как живые.

Очевидно, плохо соображая, я подняла руку и кончиками пальцев дотронулась до рисунка. Что хотела почувствовать через перчатку — не известно. Но от моего прикосновения дракон словно ожил! Его тело изогнулось как-то иначе!

Нет, наверное, мне показалось…

Мужчина даже не заметил, что я вытворяю. Поймал меня за плечи и усадил в кресло у камина.

— Голова болит? — наклонился вперёд и, уперевшись ладонями в колени, заглянул мне в лицо. — Я позову бортового лекаря. Если нужно. Сколько пальцев?

Он помахал перед моими глазами широкой ладонью. Хорошие пальцы, длинные, выразительные, с лёгкими отпечатками мозолей на некоторых фалангах.

— Пять! — выдала я, когда поняла, что выгляжу сейчас крайне неадекватно. Только молчу и таращусь на полуголого мужчину, как на скульптуру в музее.

Отличие только в том, что на скульптуру смотреть не стыдно… А на этого Этелхарда — стыдно. Очень. Но я ничего не могла с собой поделать. Взгляд так и прилипал.

— Очень хорошо. И раз вы в состоянии говорить, расскажите, кто вы такая и что делаете у меня в каюте? — мужчина выпрямился и сложил мощные руки на груди.

Я поправила съехавшую на лоб шляпку, села ровнее и, прочистив горло потребовала:

— Извольте для начала одеться, мистер Этелхард! — прозвучало весьма убедительно.

Я молодец. Голова, правда, болит в нескольких местах, а в остальном всё отлично!

Мужчина взглядом оценил свой внешний вид и иронично усмехнулся.

— Думал, вас всё устраивает. Вы разве не…

— “Не…”! — возмущённо округлила я глаза. — Что вы себе позволяете?!

Жаль, сижу, а то непременно отвесила бы ему пощёчину!

— Да, пожалуй, вы одеты слишком дорого и со вкусом, чтобы прибегать к дешёвым уловкам, — наконец резюмировал Этелхард и удалился в спальню.

Теперь у меня есть время прийти в себя и собраться с мыслями. Он принял меня за девицу лёгкого поведения или навязчивую поклонницу — это плохо. Но быстро осознал ошибку и даже признал, что не прав — значит, не безнадёжен.

А ещё он саркан — потомок самых древних драконов. В животном виде их давно уже не осталось. Но человеческая раса драконокровных процветала по сей день. Самые сильные правители — драконы, самые лучшие офицеры — тоже они. По силе сарканы уступали тем же огритам — потомкам огров. По живучести — ликанитам. Но вот в стратегии и дипломатии превосходили всех на голову.

Вскоре Лестер вернулся — одетый слегка небрежно, но, без сомнения, статусно.