Тем более, что не всегда возможно поймать тачку, а если вдруг понадобиться, вдруг возникнет насущная необходимость присутсвовать одновременно в нескольких местах, а водила откажется возить гостя города туда-сюда… Вот как, например, сейчас.

События завертелись с головокружительной быстротой.

Во время последнего разговора с Карновским они договорились так: устранение Карташа проходит успешно – Карновский звонит и произносит одну кодовую фразу, что-то срывается – звонит и произносит другую фразу. Так этот недоумок Карновский позвонил и обошелся вообще без кодовых фраз, а сказал, что возникли неожиданные проблемы, причем, говорит, не у нас они возникли, а у вас.

Такие, блин, проблемы, что все прежние договоренности требуют пересмотра. Если желаете узнать, в чем дело, добавляет, нужно встретиться. Вот он и летит на встречу с Карновским. Как шестерка, блин, на свист бригадира.

Телефон заиграл начало увертюры из «Вильгельма Телля», Шилов, не отвлекаясь от дороги, нашарил в кармане трубку, матернулся, но посмотрел на высветившийся номер и мигом собрался.

– Серая «газель», – негромко сказала трубка, – номер…

Шилов нажал отбой и тут же отстукал семь цифр.

Сработало! Карташавывозят из «Крестов»! Неважно, куда и насколько, главное – что он вот-вот будет вне стен СИЗО, а следовательно, станет прекрасной мишенью.

Ваше слово, товарищ автомат СВУ-АС!..

Он включил левый повортник и вывернул руль, перестраиваясь. Сзади раздались раздраженные гудки. Плевать. Шилов был неподалеку от Финляндского вокзала и намеревался лично проследить за ходом акции.

Развернувшуюся следом на ним синюю «десятку» он не заметил.

…Ровно в тот момент, когда автолюбители заканчивали отчет, лязгнул замочек, приоткрылась чуть-чуть «кормушка» – Дюйм, который в позе «Ленин и кепка» держал в вытянутой руке мобильник с включенной громкой связью, едва успел в панике вырубить громкость и спрятать «трубу» за спину, – и на пол хаты шлепнулся кусочек бумаги, скатанный в плотную трубочку-рулончик.

«Кормушка» тут же захлопнулась. Малява. Кто-то передал им через цирика записку.

Дюйм шумно перевел дух, нажал кнопку отключения связи, а Эдик наклонился, подобрал бумажку, посмотрел на нее.

И протянул маляву Карташу. И точно: на трубочке было написано карандашом: «А.

К-шу». Если цирик ничего не перепутал и в соседней камере не сидит какой-нибудь Андреас Кальнынш, который тоже А. К-ш.

– А ты здесь популярен, сокол ты мой одинокий, – заметил опер, и в глазах его вновь появился огонек подозрительности. – То дачки сыплются как из рога, то теперь и письма пошли…

Не так давно Карташу доставили еще одну загадочную посылку, и опять в неурочное время – полиэтиленовый пакет от «Максидома», с хавкой, сигаретами и причиндалами для чистки зубов.