Но вся родня была довольна тому, что все обошлось. И теперь на пальце Дарьи красовался массивный перстень. А жених самым бесстыжим и безобразным образом накинулся на невесту с поцелуями.

– Вообще охамел! – пробормотал Радмир прямо в макушку Жени, которая украдкой вытирала слезы радости с глаз.

– А сам не таким был? – вздохнула любимая супруга.

Радмир предпочел пропустить замечание Жени мимо ушей. Что-то вдруг насторожило хищника. Что-то появилось в воздухе, странное и неуловимо опасное.

Вожак Грозных напрягся, сканируя цепким взглядом каждый сантиметр пространства.

Все собравшиеся притихли. Нарастающее напряжение почувствовали все. И так же, синхронно и не сговариваясь, мужчины закрыли своих женщин широкими и надежными спинами.

Опасность надвигалась. Ее источник был не виден, не понятен пока что. И хищники напряженно ждали, когда же враг покажет себя.

Под приглушенные вскрики женщин в земле в самом центре просторного зеленого кокона появилась небольшая черная точка. Она росла, расползалась по траве, пока не превратилась в черную бездонную дыру.

Из которой показалась безобразная морда чудовища. Острые клыки и пасть, отдаленно напоминавшая собачью. Горящие адским пламенем глаза. Клубы пепла и дыма со свистом вылетали из раздутых ноздрей.

И только монстр выполз из дыры, как тут же безошибочно отыскал цель. Угли-глаза адского пса уставились на Дикого, а мощные лапы ступили на зеленую траву, которая тут же начала увядать.

В руке Клима тут же появился тот самый боевой топор. И Радмир понял, что никто, кроме демона не одолеет пса.

– Присмотри! – обронил Клим, а Радмир кивнул.

Да, Дашку нужно каким-то чудом отлепить от широкой спины стража, чтобы тот мог вступить в бой.

– Дочка! Дарья! – позвал Радмир, однако Дарьяна не реагировала, и только крепче сжимала пальцы на плече мужа. – Мешать же будешь.

Дарья вновь затрясла головой, отказываясь отодвинуться. А Клим уже начал менять облик.

– Мама! Ты ведь можешь помочь? – негромко позвала Зарета, а богиня недовольно скривилась и взглянула на незваного гостя так, что, кажется, готова была откусить псу голову.

– Не моя шавка. Мне не подчиняется, – в негодовании сообщила Праматерь. – И теперь с твоим папашей я точно не буду разговаривать следующие сто лет! Такую свадьбу мне обгадил, ирод! Черт рогатый!

– Так пригласили бы, не обгадил бы, – недовольный голос Чернобога донесся из той самой черной дыры, и отец Зари уже медленно появлялся на поляне.

– На то он и тайный обряд, чтобы никого не звать! – надменно фыркнула богиня. – Убирай щенка! Пока я ему хвост не подпалила! Девочек перепугал.