Папа же тебе разрешил…

– Ну и ладно! Хотя вообще-то бабушку иметь тоже бы неплохо, наверное… У меня ж ни бабушки, ни дедушки ни одного, а у Леньки Тимофеева две бабки, два деда, да еще два папы!

– Это уж перебор, столько человеку не нужно, – засмеялась Марина. – Тебе теперь тоже грех жаловаться, мама, папа, и Алюша вполне сойдет за двух бабушек и одну тетку.

Мишка убежал в дом. Марина пошла за ним. Михаил Петрович, свежевыбритый, пахнущий одеколоном, сидел в качалке на веранде и читал газету.

– Маричка, ты еще не готова? Нам скоро ехать! Надо еще купить цветов, вина…

– Миша, я не знаю, что мне надеть.

– А что хочешь, я лично обожаю тебя во всех видах.

– Так то ты лично, а я не знаю…

– Тогда надень то, в чем чувствуешь себя вольготнее…

– Вольготнее всего я чувствую себя в этом сарафане.

– Это уж чересчур, – засмеялся он и привлек ее к себе. – Не бойся, маленькая, никто тебя не съест. Я уверен, вы с мамой найдете общий язык.

Он тоже волнуется, поняла Марина. Впрочем, и я бы на его месте волновалась.

– Лина, не хватай со стола куски!

– Миночка, я хочу есть, а тут такие ароматы!

– Наберись терпения, твой брат человек пунктуальный и придет ровно в три.

– Ах, боже мой, Миночка, как будто ты не знаешь, что мужики существа зависимые и несамостоятельные. Вика была пунктуальна, и Мишка тоже, а может, эта мадам всегда опаздывает на два часа. Тогда и мой братец начнет опаздывать.

– Не выдумывай! И вообще, ты постепенно превращаешься в мужененавистницу.

– За что их любить? Существа второго сорта!

– Вот даже как? – засмеялась Мина Оскаровна, маленькая, пухленькая, на удивление уютная женщина. – То-то я смотрю, мужики у тебя не переводятся…

– Да это же так, для подзарядки…

– Для чего? – не поняла Мина Оскаровна.

– Для подзарядки. Как заряжают, к примеру, сотовый телефон, вот и я пересплю с мужиком, вроде и подзарядилась… А больше они ни на что не годятся.

– И ты туда же! Какая там любовь? Где ты ее видела?

– Вот сегодня надеюсь увидеть. Где там твоя мать запропастилась?

– Марафет наводит. Хочет сразить Мишкину пассию своей молодостью.

– Что ты иронизируешь? Танюша и вправду удивительно моложава, ей никто ее лет не дает. Не то что я. Я уже старушка, хоть бодрая пока, слава богу, а Танюша у нас просто немолодая дама. Чувствуешь разницу?

– Немолодая дама – это я, а мама пожилая, – со смехом уточнила Лина.

– О чем это вы тут судачите? – спросила, входя в комнату, Татьяна Григорьевна.

– Танечка, ты выглядишь сногсшибательно!

– Да, мама, это факт! Кстати, уже без трех минут три.

Мина Оскаровна подошла к окну.

– Приехали! – возвестила она.

Дамы выбежали на балкон.

Первым из машины выскочил Мишка.

– О, ребеночек уже большой! – отметила Лина. – А вот и мадам.