– Это всё очень интересно, мисс, но вы должны сказать, что с вами произошло? Как случилось, что вы оказались пристёгнутой к трубе в моём подвале?

– Понятия не имею, – фыркнула в ответ Сара. – Машина заглохла, я вышла, чтобы позвать наших охранников, а вместо этого получила по морде и очнулась уже здесь.

– Ну, если в вашем понятии получить по морде – это чтото другое, то да, меня ударили, – окрысилась девушка.

В этот момент наручники звякнули, расстегнувшись, и девица, морщась и охая, принялась растирать запястья. Быстро сняв свой пиджак, сенатор накинул его на плечи дочери и, повернувшись к Сторму, спросил:

– Что вы собираетесь предпринять по этому поводу?

– Ничего.

Это было предупреждение, и, если мы попытаемся мстить, нас попросту уничтожат, – мрачно покачал головой Сторм.

– Выходит, вы знаете, кто меня сюда засунул? – с интересом спросила Сара.

– Знаю и могу поклясться на Библии, Торе и Коране одновременно, что вам лучше держаться от этого человека подальше. Целее будете.

– Кто он? – спросила Сара, и по тону девушки директор понял, что будет проще ответить, чем спорить.

– Бывший наёмник по прозвищу Араб.

В прошлом он был лучшим в своём деле и, судя по всему, таким и остался. Похитить дочь сенатора, при этом не то что никого не убив, а даже никому мозоль не оттоптав, – это нужно уметь. И поверьте, юная мисс, если этот человек решит продать вас в один из восточных борделей, он это сделает. Сделает, несмотря на нашу охрану и на все деньги вашего отца.

Директор специально избрал такой тон. Он не запугивал и не угрожал, он просто констатировал факты, и это сработало. От его усталого, ровного тона стало не по себе даже сенатору.

Вздрогнув, он покосился на разбросанные по полу игрушки и непроизвольным жестом прижал дочь к себе, словно пытаясь заслонить её от реальной опасности.

Заметив этот жест, Сторм чуть усмехнулся и тихо добавил:

– Запомните, сенатор, на каждого охранника найдётся винтовка с оптическим прицелом. И если с его семьёй чтото случится, мы с вами можем сделать только одно. Пойти на кладбище и приказать похоронить себя заживо, потому что с этого момента мы всё равно уже трупы, только ещё не поняли этого.

– Он же просто наёмник, а не терминатор, – пожала плечами девушка.

– Наёмник, но не простой. Он умудрился стать живой легендой всех спецслужб всех серьёзных государств и их настоящим кошмаром. Ваш отец знает, о чём я говорю.

Кивнув, сенатор обнял дочь за плечи и решительно повёл к выходу. Усадив Сару в машину, он неожиданно остановился и, круто развернувшись, спросил:

– Директор, а почему она оказалась у вас в подвале?

В этот момент взгляд сенатора стал жёстким и цепким, словно он неожиданно осознал, что перед ним не союзник, а враг.