В серых глазах она читала вызов, и снова в ее сердце начала закрадываться тревога.

Пытаясь подавить тревогу и не дать усилиться чувству обиды, она поспешила изменить тему и спросила, есть ли у него дальнейшие планы на остаток этого стремительно пролетевшего дня.

— Конечно, если твои силы еще не исчерпаны и могут соперничать с моими! — Он усмехнулся. — Я подумал, не вернуться ли нам в отель; там мы немного отдохнем и отправимся в один маленький ресторанчик, где, как мне известно, можно неплохо поужинать и потанцевать. Он открыт всю ночь.

— Чудесно! — радостно согласилась Пенни. Чем дольше они будут находиться вдали от этой роскошной спальни с ее назойливым интимом, тем лучше. Если понадобится, она готова танцевать, хоть до утра, решила Пенни. Какой-то внутренний голос предупреждал, что если уж ей суждено быть в объятиях этого мужчины, то пусть это будет на людях, а не один на один в их номере.

В зале ресторана царил полумрак, еда была превосходная.

— Хочешь потанцевать?

Они поужинали. На столике оставались только чашечки с кофе и бокалы с бренди.

— Да! — ответила Пенни, улыбаясь, когда он с торжественным видом протянул ей свою руку. Ей снова было легко и свободно. Ужин показался ей особенно вкусным после этого дня развлечений и легкого обеда на ходу. За время болезни она сильно похудела и теперь не боялась набрать лишнюю пару фунтов. Фактически, подумала она, подавляя в себе желание засмеяться, она чувствует себя раскованной и элегантной в этом платье «крестной матери», сыгравшем когда-то с ней злую шутку.

Они танцевали под тихую музыку в исполнении оркестра из пяти музыкантов, Сол бережно прижимал ее к себе. И Пенни казалось, что они сливаются в единое целое, настолько легко ей было с ним танцевать, настолько понимали они движения друг друга.

Руки Сола обнимали ее плечи, она подняла свои и обвила ими его шею; Пенни вся отдалась трепещущей от сдерживаемой страсти музыке, и платье, покрой которого ей раньше казался несколько смелым, теперь нисколько не смущало.

Пенни погружалась в какой-то странный полусон, полностью подчиняясь музыке и Солу, чувствуя его прижатые к ней бедра и подчиняясь его движениям. Ее пальцы осторожно поглаживали его шею сзади, касаясь темных волос.

Сол молчал, опустив голову, прижавшись своей горячей щекой к ее щеке. Это прикосновение было ей приятно, ей нравился запах, исходивший от него, — смесь дорогого одеколона, бренди и еще чего-то, что она не могла определить, но что возбуждало в ней желание, как и сладостные звуки кларнета, пронзающие сигаретный дым ресторанного зала и трогающие душу, зовущие за собой и напоминающие о чем-то давнем.

Она не знала, как долго они так танцевали, прижавшись друг к другу. Оркестр кончал одну мелодию и тут же начинал другую.