Больше нет?

Издевается, напоминая, какой глупой я была. И в эту воду с электролитами верила, и его словам. Ромчик мне принцем казался, мечтой любой девочки. А Дамир страшным ужасным монстром. Оказалось, всё наоборот было.

Мужчина заказал анализ той воды, что у Лили под кроватью нашли. И волосы мои взяли образцом, убежденные, что наркотик там сохранился. Не зря же меня когда-то в ресторане повело, похотью окутало.

И анализ совпадение показал. И в воде Ромчика, и в волосах один и тот же наркотик использовали. Обидно было, жутко. Страшно, что могло произойти, если бы тогда Дамир не подхватил. На что ещё мог бывший парень пойти, чтобы меня в постель уложить.

Дамир был готов убивать и это единственное, о чём я его попросила тогда. Решить всё по закону, без насилия лишнего. И больше темы не поднимала, не искала имени Ромы в интернете. Вычеркнула из своей жизни, как он когда-то сделал.

– Ты же рада ребёнку, Ась? – вдруг спрашивает Дамир. – Ты же не собираешься делать аборт, да? Ася, я… Это твой выбор, но подумай…

– Какой к черту аборт?! – тычу в него пальцем, заглядывая в наглые тёмные глаза. – Я не собираюсь, а если ты вдруг…

– Я не вдруг, я очень рад, Ась. Спасибо тебе за.. тебя. Но ты никогда не говорила о том, что хочешь детей.

– Мне двадцать три, Дамир. Я не думала особо о детях до этого, рано было. Я до тебя столько всего «не хотела», а теперь получила. И не жалею. Но тогда почему ты меня убеждал, что… Ну, что у нас не получится?

– Вернёмся в Москву и разберёмся. Турну врачей, которые диагноз поставили и решим всё. Исследование ещё раз пройду.

– А когда оно было?

– Мне двадцать пять стукнуло где-то. Как раз подниматься начали, и это тогда особо большой проблемой не казалось. А потом как-то…

– То есть, тебе поставили диагноз пять лет назад и ты не проверялся больше? Дам, это же…

Договорить не успеваю, как мужчина меня на руки подхватывает. Целует быстро, щетиной колит, и кружит. Прохожие с улыбкой смотрят. А мне так всё равно на остальных, когда обхватываю шею мужчины. И совсем возмущаться не хочется, что он ладони на попе сжимает."

"– Блять, я стану отцом, - он таким счастьем лучится, что внутри всё сжимается. – Девочка моя. Лучший новогодний подарок. А твой тебя дома дожидается.

– А что?

Загораюсь, хотя мне ничего не нужно. Дамир мне всё дал, и даже больше, чем рассчитывал. Любовь, ребёнка, самого себя. А я обязательно сделаю так, чтобы у нас всё хорошо было.

– Вот дома и узнаешь.

– Ну Дам! Я ведь тебе сказала.

– Сказала, - кивает, бережно меня опуская на землю. – Как давно знаешь?

– Почти месяц, - две недели думала, как преподнести эту новость. А после ещё столько же решалась заговорить. – Я испугалась.

– Что не поверю? Девочка моя, я тебе всегда поверю, - целует, пока не начинаю гореть.