– Не приеду к тебе в больницу, понял?

– Ась, - Дамир виски сжимает, накидывая рубашку. Поднимается с кровати, но я не даю, подлетая. Заставляю в постели остаться. – Давай без истерик. Я не собираюсь ничего бросать, мы говорили об этом."

"– Не бросай, Валиев, - новой привычкой становится, его по фамилии в минуты злости называть. Зверем больше не получается. Со мной он другим становится, пускай и с грубыми повадками. – Но я не приеду, ты меня понял?

– Будешь шантажировать? Сейчас скажешь, что уйдешь от меня, если я не закрою всё?

– Что? – моргаю часто, мысли глупой удивляясь. – А ты все пытаешься от меня избавиться? Не собираюсь я разводиться с тобой, мне фамилия нравится. И муж тоже нравится. Но в больницу я не хочу больше ездить.

Дамир обещает, что больше не придётся. Но мы оба знаем, что это ложь. Он ещё не раз в такие передряги попадёт, в своих делах разбираясь. А я каждый раз к нему срываться буду, чтобы прижаться. По щетине пальцами провести, лбу широкому. Прижаться и им дышать, уверенная, что он в порядке.

– Ась, мы же хотели погулять, - и Дамир появляется, не выдерживая. Мы многому научились, и слушать друг друга, и не надумывать до разговора. Но мужчина всё так же не умеет давать мне время. Мой темп давно под его подстроился. – Ты красивая.

Бледная и растрёпанная, с кругами под глазами. Договаривалась, чтобы сессию раньше закрыть и уехать в эту поездку надолго. Наш медовый месяц, который может стать последней совместной поездкой. Один разговор, который может бедой обернуться.

В прошлый раз такой разговор плохо закончился. Когда хотела свадьбу отложить, а только с мужчиной разругалась. Но в этот раз отступать нельзя. Должна бороться за то, чего хочу. И так уже две недели откладываю, не могу же просто перед фактом поставить.

– Пойдём? – зовёт, к себе мягко притягивая.

– Пять минут, я накрашусь.

– Асель, - бурчит, не давая вырваться. Девочки хихикают, наблюдая за тем, как Дамир в нежность сплошную превращается. – Новый год уже скоро.

– Две минуты.

Я научилась быстро собираться. Скрыть синяки под глазами, тональным кремом сверху прикрыть. Немного пудры и капля туши. В минуту укладываюсь, нанося гигиеническую помаду. Другой блеск всё равно не проживёт долго под напором мужчины.

– А Царь приехал уже?

– Нет, он в аэропорту застрял и решил оставаться в Москве пока. Там метель разбушевалась.

– Он один или…

– Один.

Дамир глаза закатывает, пока я куртку застёгиваю. Шарф розовый на меня наматывает. Кривой немного, с краями потрёпанными. Но такой родной и близкий, для меня сделанный. Поэтому даже не спорю, что колется, да и вообще не привыкла шарфы носить.

– На улице минус.

– Минус один, Дамир, а минус не тридцать.

Шапку натягивает почти на глаза. Кто бы сказал, что наслаждаться подобной заботой от Дамира буду.