— Шпионы хреновы!»

Вглядываюсь в довольное лицо Панкратова и бросаю отрывисто.

— Появилась зацепка, Ильич, — скромно заявляет он, потупив взгляд.

— На Жанне Ковалевой, как мы знаем, числится две симки. Одна из них сейчас находится в Барселоне, а другая осталась в Никитске.

— Ну и что? — пожимаю я плечами. Подумаешь, новость!

— Обеими пользуются. Наши люди в Барсе сразу отследили Жанну. Приехала пару дней назад. Живет в элитном кондоминимуме возле порта. Ходит гулять по набережной и жрет устрицы в ресторане морепродуктов.

— А другая? — вскидываюсь я как хищник, почуявший добычу.

— Вторая осталась в Никитске. И по ней тоже разговаривает кто-то…

— Уже заказали, — радостно рапортует Панкратов. — К вечеру будет.

Еле сдерживаю ликование. Попалась птичка! Попалась!

— Неплохой результат, — скривившись, киваю безопаснику. — Все-таки сраный Никитск! Нужно найти там собеседников моей дражайшей супруги и через них выйти на Аполлинарию.

— Тамара уже готова выехать, — мямлит Панкратов.

— Пусть дальше сидит на входе в банк. Греет задницу, — огрызаюсь я. — От нее толку никакого. Старая корова! Придется выйти на местных авторитетов и подключить их к нашей проблеме.

Естественно, потребуются вливания, — рычу я. — А Тамаре скажи, пусть продает квартиру или почку. Я не намерен спускать ее косяки и палить бабло. Пришло время рассчитаться.

Панкратов собирается что-то сказать в защиту проколовшейся подчиненной, но я отмахиваюсь.

— Другой бы давно уволил, а я вот добренький, нянчусь с вами, — рыкаю я. Демонстративно перевожу взгляд на золотой Ролекс.

Панкратов, понимая, что разговор закончен, резво подскакивает с места.

— Дайте Тамаре шанс, — лопочет он, пятясь к двери.

 — Она найдет Аполлинарию Михайловну.

— Разберемся, — морщусь я и слегка приподнимаюсь в кресле, когда в кабинет врывается следующий посетитель. Коля Синявкин. Бывший бандит, возомнивший себя бизнесменом. Ну-ну… Видали мы таких. Морда с перебитым носом, короткий ежик волос, зато костюм от Армани. Как по мне, так этому типу больше бы подошел ватник и кайло в руки. А вместо Мерса — трактор.

— Не погуби, Ильич! — орет с порога Синявкин. — Все верну. Штрафы все оплачу и проценты. Клянусь богом! Только дай время. Меня поставщики подвели!

Знакомая песня! Сколько я их переслушал на своем веку.

Сначала прогуляют кредиты, выданные на развитие бизнеса, а потом тут в ногах валяются. Но я редко иду навстречу таким вот синявкиным. Разжалобить меня трудно. Да и деньги я люблю больше, чем людей. Будь иначе, в детском саду вел бы пение…

— Я не против, — улыбаюсь холодно. — Но мне нужен еще залог. Перекредитуем тебя, Николай Иванович. Обязательно…

— На сколько? — оживляется мой собеседник. Вижу, как глазки загораются жадным блеском.