— Да, знал; собственно говоря, так же, как и вы. — Доктор Фелл взъерошил свою густую шевелюру. — Кстати, мне стало известно, что сэр Джералд послал от моего имени телеграмму заместителю командира Эллиоту. Того не удивила просьба срочно предоставить информацию, за которой я уже обращался к нему ранее. В конце концов, послал же я однажды телеграмму, в которой сообщил, что нахожусь в Маркет-Харбороу, и спрашивал, где я должен быть. Так что Эллиот снова сообщил все, что ему было известно об этом молодом человеке — первом муже Евы Ферье.

Затем, приехав в полдень четверга в Женеву, я стал изучать те факты, о которых вы сами узнавали в различное время. Оказалось, что у Десмонда Ферье, так обеспокоенного чем-то, есть сын двадцати четырех лет. Каждым своим словом тот человек давал понять, что он себе на уме. С отцом и мачехой он поддерживал довольно странные отношения; они, в свою очередь, тоже относились к нему весьма своеобразно, например… — Тут доктор, который до этого как бы обращался к Брайану, бросил беспокойный взгляд на Одри, а затем снова на Брайана. — Например, говорил вам Филип Ферье, что даже не подозревал, что Ева была замешана в опасном инциденте в Берхтесгадене в 1939 году?

— Да, — ответил Брайан. — Он так и сказал в отеле «Метрополь», когда мы впервые встретились с ним.

— Кха… кхм… да! То же самое говорил он и мне. Но было ли это возможно на самом деле? Афинские архонты! Неужели с тех пор, как Десмонд Ферье и Ева (в то время Ева Иден) поженились в 1943 году, он ни слова не слышал об этом?

Более того, Десмонд Ферье клятвенно заверил меня, что все эти годы они тщательно скрывали от сына этот факт. Он сказал «они» и особенно настаивал на этом, когда я попытался задать ему прямой вопрос. И при всем при этом отец неожиданно занял довольно странную позицию в отношении возможной женитьбы сына на Одри Пейдж. Может быть, он еще что-то скрывал, вызывая огонь на себя? О чем он действительно хотел предупредить Одри Пейдж?

Прошу вас внимательно отнестись к каждому слову, сказанному Десмондом Ферье. Попытайтесь интерпретировать их, отойдя от поверхностного, видимого значения. Филип Ферье, как все мы знаем, действительно очень полюбил мисс Пейдж. К тому же у нее есть деньги, так что она — то, что надо.

— Не заходите слишком далеко, — тихо попросила Одри. — Говоря о Филе, не заходите слишком далеко!

— Мне необходимо зайти даже немного дальше, — серьезно возразил доктор Фелл, — но сейчас я хотел бы обратить ваше внимание на инцидент, произошедший на глазах кое-кого из вас, а также упомянуть о возможности, возникшей у меня вскоре после приезда сюда.

В прошлом у Десмонда Ферье было много любовных связей, о которых известно всем.