Причудливый и даже какой-то неестественный эффект достигался через эмоции тех, кто смотрел на них. Танцующие пары двигались как зачарованные.

В тусклом свете ламп к ним «подплыла» официантка, выставленные напоказ прелести которой резко контрастировали с ее мертвенно-бледным лицом с широко раскрытым ртом и шрамом на шее от удара шпаги.

— Закажете столик? Столик для месье и мадам? Столик?

То, что на официантке была надета маска, можно было разглядеть, только находясь рядом с ней. Паула, несмотря на легкомысленное настроение, страшно испугалась и отпрянула назад.

— Их здесь нет, — сказал Брайан, — Одри и вашего дружка. Их здесь нет.

— Они должны быть здесь!

Неприятный пронзительный смех, производимый специальной машиной (гримаса цивилизации), звучал громче музыки. У Брайана создалось впечатление, к счастью всего лишь на мгновение, что присутствующие здесь вовсе не были человеческими существами.

— Ладно, осмотритесь! — прокричал Брайан сквозь шум. — Вам видно каждый…

— Вот они! Под картиной с тремя вампирами и их жертвой!

— Да, столик. — Брайан хотел было спросить, нельзя ли здесь что-нибудь перекусить, но передумал. — Вон там! Нужен столик вон там!

Кто-то из посетителей, перебравший спиртного, упал прямо на один из столов, расставленных вокруг столбов и у стены. Одри Пейдж и Десмонд Ферье сидели напротив друг друга; головы их почти соприкасались. Одри что-то энергично говорила, а ее собеседник, похоже, отрицал каждое ее слово.

— Погодите! — попросила Паула.

Но Брайан не стал ждать. Пройдя мимо официантки, он направился прямо к столику у стены. Он не мог слышать последних слов Одри и восклицания Ферье.

Однако, когда Одри взглянула на Брайана, он увидел в ее глазах застывший ужас, да и выражение лица Десмонда Ферье было виноватым и тоже почти паническим, что он поспешно попытался скрыть. Вскочив со стула, отчего тот упал, Десмонд прокричал во все горло какое-то слово, которое утонуло в музыкальном крещендо.

Музыка умолкла. Все до одной официантки — а их было шестеро, в разных масках и костюмах — необъяснимым образом исчезли, словно их и вовсе не было. Мягкий зеленоватый свет разлился и засиял под сводами гротов.

Точно так же исчезли и все иллюзии. Если не считать своеобразных картин, которыми были увешаны все стены, пещера превратилась в обычный ночной клуб, заполненный довольно немодно одетыми жителями пригорода, аплодирующими музыкантам и возвращающимися за свои столики, покрытые красно-белыми скатертями.

— Добрый вечер, дружище, — приветливо произнес Десмонд Ферье. — Какой сюрприз — видеть вас здесь. Не желаете присесть?

Брайан, у которого то ли от жары, то ли по какой-то другой причине немного кружилась голова, ничего не ответил.