– И что будет после того, как ты позаботишься об этом человеке? – спрашиваю я, желая всё-таки услышать, что это за человек.

– Я исчезну, потому что никогда не получу взаимности. Но и ты должна исчезнуть, чтобы не портить этому человеку жизнь ещё больше.

Догадка, которая меня посещает после его слов, сравнима с громом и ударившей в землю молнией. Я распахиваю рот, пытаясь подобрать подходящие фразы, которые крутятся у меня в голове как карусель.

– Ты… – начинаю я, запинаясь. – Ты влюблён в…

– Молчи, – злобно цедит Уэйн. – Молчи, если не хочешь, чтобы я развернулся, послал на хрен и тебя, и твоего отца.

И я и впрямь замолкаю, потому что говорить мне больше ничего и не надо. По крайней мере, ничего из того, что затронуло бы тайное признание Уэйна, хотя признанием его и не назовёшь. Но я уверена в своих догадках, а его злобное «Молчи» ясно даёт понять, что я оказалась права.

– Я должна попросить у отца кое-что через тебя, – говорю я, сумев отмести в сторону выясненную только что информацию. – У меня у самой есть план сбежать отсюда, но с куда большими плюсами, чем если я сделаю это сейчас.

Папе ничего не надо предпринимать. У меня всё под контролем.

– Хочешь, чтобы я передал ему это?

– Да. Просто скажи то же, что и я. Слово в слово. Пусть он не переживает. Совсем скоро я к ним вернусь.

– Ты уверена в том, что собираешься делать?

– Да. На все сто процентов.

Уэйн кивает, откладывая папку с моим досье обратно на стол, потом поднимает голову.

– В четверг меня уже не будет, так что если я могу ещё чем-то услужить тебе…

– Нет. Я исчезну. Совсем.

В комнате повисает молчание, потому что мне кажется, именно это и нужно сейчас.

Отговаривать смысла нет, да и желания тоже. Может быть, он и заслуживает смерти, а может, это я просто слишком бесчувственна, чтобы сказать что-то утешительное.

– Понятно, – произношу я тихо.

– Да, – холодно выдаёт Уэйн. – Я могу заехать ещё и завтра, и послезавтра, но затем ты меня больше не увидишь. Так что, если тебе нужна будет ещё какая-то помощь, подумай. Даю тебе всего два дня.

Он вдруг хватает ручку со стола, притягивает мою руку, отодвигая рукав свитера, и выводит на моей коже номер телефона.

– Можешь позвонить мне сюда.

Но не больше двух раз, иначе нас засекут. Сразу сотрёшь номер, как только он тебе больше не понадобится.

– Хорошо, – отвечаю я, закрывая рукавом цифры. – Спасибо.

Уэйн презрительно морщит нос и идёт к двери. Я успеваю понять, что его помощь навряд ли мне ещё понадобится, а потом он выходит из архивной.

Спустя время я с лёгкостью выясняю, что Зайд когда-то работал с бумагами «Могильных карт». Я не нашла в архивах ничего более дельного, лишь намёки на то, что где-то есть нечто более полезное.