– Ты уже дома? Скажи, в котором часу мы встречаемся с Виктором?

– А мы не встречаемся!

– Мы поговорили с Сашкой, он сказал, что папаша ему категорически не нравится и он ни за что не поедет с ним.

– Боже милостивый! Но как же… А, я поняла… тебя сбил с толку этот мужлан!

– Мамочка, меня можно сбить с толку, и это не так уж трудно, но Сашку фиг собьешь!

– Ира, что за выражение!

– А знаешь, что сказал мне твой обожаемый Витенька, когда я объявила ему о нашем решении?

– Что в таком случае денег я от него не дождусь!

– Фу, как некрасиво! Можно подумать, он все эти годы осыпал тебя деньгами.

Отвратительно! Я разочарована. Значит, мы сегодня не идем обедать? Тогда я сейчас соображу что-нибудь на скорую руку. У тебя вечером есть спектакль?

– Есть. А еще он сказал, что это абсурд – предпочесть Испании этот ужасный климат и эту ужасную страну.

– Все, Ирка, мы о нем больше не говорим. Его просто нет в нашей жизни!

– Мамочка моя золотая! Я думала, ты станешь меня за него агитировать.

– Ирка, ты что, совсем сдурела от любви? Как я могла бы ратовать за то, что Сашку у меня отнимут? Я просто хотела воссоединения семьи, но в таком случае… Я счастлива! Все останется по-прежнему.

И я надеюсь, месяца через два ты бросишь своего мужлана…

– Это от него ты набралась этих выражений?

– Нет, мамочка, это носится в воздухе, а мой мужлан выражается, я бы даже сказала, несколько старомодно…

И Ираида вдруг закружилась по комнате, насвистывая арию Папагено из «Волшебной флейты».

Федор Федорович был чудовищно занят. Возвращался домой чуть ли не за полночь, уходил ни свет ни заря. Изредка посылал эсэмэски Ираиде, да и то лишь когда отлучался в туалет. Дважды мотался в Германию по поводу газопровода «Северный поток-2», один раз летал в Сургут, словом, закрутился безбожно.

Работал он и по выходным, дочку не видел уже больше полутора месяцев, да и Елизавету Марковну практически забросил, лишь передавал ей извинения через Татьяну Андреевну. Он похудел, осунулся. «Что я делаю со своей жизнью?» – изредка задавал он себе вопрос. Он потерял счет времени. Но в один прекрасный день он получил сообщение от Ираиды: «Феденька, любимый, ты не передумал знакомиться с моим сыном? Сможешь освободить хоть полдня? И я смертельно соскучилась!» Он сперва испугался, а потом сказал себе: Федя, ты раньше никогда так плохо не работал! Если все приходится делать самому, значит, ты никудышный руководитель! Но ты же всегда славился своими организаторскими способностями, что же случилось теперь? И он собрал свою команду.

– Вот что я вам скажу, друзья мои! Мы все в последнее время вламывали как рабы на галерах. Так долго продолжаться не может! Я тут покумекал, хотелось бы сказать, на досуге, но досуга у меня, как и у вас, не было. Но я кое-что придумал.