Дверь в гостиную, где мы сидели, резко распахнулась, впуская в помещение Мирославу Анатольевну.

— Папа! — воскликнула девушка, но тут же осеклась, заметив меня. — Ой, простите, я не знала, что у вас деловой разговор. Здравствуйте, Иван Владимирович.

Я поднялся на ноги и, улыбнувшись дочери главы рода Герасимовых, произнес:

— Добрый вечер, Мирослава Анатольевна. Не переживайте, мы уже закончили, и я убываю. Анатолий Никодимович, буду ждать от вас вестей.

Уже оказавшись в машине, я закрыл глаза.

Эти встречи с другими группировками дворян в армии Российской Империи вполне могут ничего не дать. Однако если и там окажутся пострадавшие от этой печати, я ничуть не удивлюсь.

Хотя бы по той причине, что некто, обладающий серьезными магическими знаниями, создал специфический артефакт с магией смерти. Примерно в то же время, когда общество узнало об исцелении Панфилова.

И если в действительности окажется, что я прав, врага, решившего очернить мое имя, придется искать сперва на каких-нибудь Балканах, а потом в условной Британии. Ну или кто там еще из сильных держав решил показать зубки Российской Империи?

Вернувшись от Герасимова, я потратил весь остаток дня, разрабатывая чертежи для будущих артефактов массового исцеления. Пророком я не был, однако догадывался, что его императорское величество пожелает приобрести у меня планы по созданию новых зачарований.

Сам я за их изготовление браться не собирался. У государя хватает и своих специалистов, которые могут заниматься подобной работой. Пусть приносят пользу Родине хотя бы таким образом, в отличие от меня, они получают жалование. Мне же пока только светит влиться ряды преподавателей.

А наутро ко мне заехала ученица.

— Доброе утро, Антонина Владиславовна, — с улыбкой поприветствовал я гостью. — Разделите со мной завтрак?

Никогда не отказывающаяся от приема пищи в моей компании Жданова ответила с улыбкой:

— Почту за честь, Иван Владимирович.

Сказать по правде, я сразу распорядился накрывать на двоих. У нас сегодня было запланировано занятие, и я догадывался, что капитан Службы Имперской Безопасности прибудет с утра, чтобы успеть ухватить как можно больше времени.

— Как ваша служба? — спросил я, когда мы разделывали яичницу с зеленым луком и сочными кусками свинины. — Все ли хорошо?

Не отрываясь от процесса, моя ученица вежливо улыбнулась.

— Жаловаться не стану, Иван Владимирович, — произнесла она, наколов кусок мяса на вилку. — Работы хватает, однако она приносит мне удовольствие. Приятно видеть, как с каждым заполненным листком и отданным распоряжением мир становится лучше, а ведомство — чище.

— Это радует, — кивнул я, успев прожевать.