— Как вам, господин Мечников? По-моему, вышло шикарно, даже если учесть, что изображено карандашом, а не красками.

От увиденного у меня волосы на затылке встали дыбом — настолько впечатляющим оказалось изображение.

За одну ночь Шацкий смог написать картину с видом на город. Причём ориентация взгляда была нетипичной, словно художник писал, наблюдая за Хопёрском с высоты птичьего полёта.

— Это Хопёрск? — удивился я. — Узнаю улицы, станцию… Даже амбулаторию вижу!

— Да-да! — кивнул он. — Здорово вышло, правда? Обычно я очень критично отношусь к собственным творениям, но тут просто грех не похвастаться.

— Как вам это удалось? — спросил я. — Вы будто уже видели город с высоты. Но никаких вышек и гор я в Хопёрском районе не видел. Неужто воздушным шаром пользовались?

— Нет, что вы! — махнул рукой он. — Это — мелочи, которые даёт мне моя магия. У меня дурацкая ветвь «специализации».

— Специализации? — переспросил я. — Никогда не слышал.

— Она редко встречается. Чаще всего магия делится на стихийную, лекарскую, боевую, и ещё несколько разделов, которыми овладевает меньшинство. Так вот «специализация» — это та магия, которую нельзя отнести ни к чему.

К примеру, я могу смотреть на предметы под разными углами, не меняя при этом своей позиции. То есть, если захочу, я могу увидеть вашу спину. Или крышу вашего дома. Толку от этого — ноль. Но в художественном искусстве очень помогает.

Шацкий, похоже, не осознаёт, насколько полезной на самом деле может быть его сила.

— Анатолий, а вы не задумывались о том, что можете изображать карты местности? — предложил я. — За это вам могут заплатить большие деньги.

Он ведь ходячий GPS-навигатор! Спутниковая карта, чёрт возьми! Видимо, он просто не понимает, что эта способность на самом деле может его озолотить, хоть и кажется ему бесполезной.

— Продавать карты? — нахмурился он. — Я ведь художник, а не картограф. Да и деньги для меня…

— Что? Не главное? — перебил его я. — Понимаю, искусство для вас важнее. Но вы, чёрт подери, за ночь набросали вид на Хопёрск! Это заняло меньше времени, чем рисование картины. Подумайте, возможно, ваши навыки могут пригодиться и работникам железной дороги, и военным, и многим другим специалистам Российской Империи.

Не хороните свою силу почём зря.

Мои слова заставили Шацкого задуматься.

— А ведь правда… — произнёс он. — Сейчас железные дорогие по всей Российской Империи строятся. И часто главной проблемой становится тот факт, что строители не знают точно, в каком направлении им лучше двигаться. Густые леса, холмы, овраги… Алексей, это очень хорошая идея! Вы мне глаза открыли! Просто… Меня всегда тянуло к искусству. Я не думал, что могу заниматься чем-то подобным.

— Да никуда от вас искусство не уедет, — уверил Шацкого я.