– Но мне было интересно, вооружены ли вы. Мало ли что.

– Я вас не понимаю, – сердито сказал Ямщиков. – И потом, вы не ответили, что это за женщина? – Он взмахнул фотографией.

– А я и сам пока не знаю, – ответил Гуров. – Но у меня к вам просьба. Если вдруг увидите ее где-нибудь, позвоните. Вот мой телефон. Вот как увидите, так сразу и звоните. Хоть в четыре часа утра. Это очень важно, понимаете?

Ямщиков снова поднес к глазам фотографию и пристально уставился на нее.

– Та-а-ак! – сказал он наконец. – Не понимаю, в чем дело, но, судя по вашему тону, с этой женщиной связано что-то нехорошее?

– Очень нехорошее, – сказал Гуров. – Так позвоните, не обманете?

– Постараюсь. Если будет о чем звонить, – сухо ответил Ямщиков. – Но тогда у меня тоже будет к вам просьба. Оставьте мне фотографию. В таких делах не стоит полагаться на память.

– Забирайте, – сказал Гуров. – Кстати, этот портрет на всех стендах висит.

Ямщиков резко дернул подбородком.

– Так это не она ли… Володю? – сдавленно произнес он.

– Это пока в тумане, Алексей Петрович, – дипломатично пояснил Гуров. – Вы, главное, будьте сейчас повнимательнее.

– Я буду очень внимателен, – задумчиво сказал Ямщиков. – Прощайте.

Он повернулся и быстро зашагал к сиреневой «девятке», припаркованной неподалеку. Гуров подождал, пока он отъедет, запомнил номер и направился к своему «Пежо». Едва он сел за руль, как зазвонил мобильник. Услышав голос генерала, Гуров слегка удивился.

– Вроде недавно расстались, – сказал он, улыбаясь. – Соскучились, товарищ генерал, или проверяете кадры?

– Тут запрос пришел, – серьезно ответил Орлов. – Из Рязани. Там на днях железнодорожная милиция сняла с товарняка гражданина. В тяжелом состоянии, без обуви… У вас Гладилин когда пропал?

– Так… Десятого, – ответил Гуров. – В ночь на одиннадцатое. А что, неужели?..

– Вот одиннадцатого вечером они его и нашли. В бессознательном состоянии. Поместили в железнодорожную больницу. Сегодня он впервые заговорил. Назвался Гладилиным Сергеем Николаевичем, сказал, что его жизни угрожает опасность. Поскольку мы его в розыск объявили, рязанские товарищи сочли нужным сразу же нас известить.

– Молодцы рязанские товарищи, – сказал Гуров. – Я немедленно еду. Крячко не вернулся?

– У меня только и дела, что следить за твоим Крячко! – проворчал генерал. – И так половину работы за вас делаю вместо того, чтобы хорошенько намылить вам шею.

– Наши шеи всегда к вашим услугам, товарищ генерал, – весело сказал Гуров.