Ему в глаза ударил яркий свет, и он увидел на обнажившейся части предмета свое отражение. Озадаченный, он отбросил ткань целиком.

Перед ним был боевой шлем, сделанный так, чтобы закрывать всю голову и плечи. Он был изготовлен из какого-то незнакомого металла, отполированного лучше самого прекрасного зеркала, которое когда-либо доводилось видеть Хокмуну. Шлем был совершенно гладким, без украшений. Единственное, что выделялось на ровной поверхности, были прорези для глаз. Поэтому кто бы ни смотрел на шлем, он видел в нем лишь свое собственное отражение. Сзади шлемы были украшены гребнями из того же металла, выполненными настолько искусно, что сразу можно было сказать, что делал их не простой ремесленник, а настоящий мастер.

Хокмуну вдруг пришло в голову, насколько они могут быть полезны в бою: противника испугает собственное отражение, создающее иллюзию, что он сражается сам с собой.

Граф Брасс громко засмеялся.

— Да ведь тот, кто изобрел эти шлемы, был просто гением! Ничего лучше я никогда не видел!

— Примерьте их, — усмехнулся в ответ Фанк. — Ваш — тот, что вы развернули. С гребнем под цвет меди.

Граф Брасс улыбнулся и поднял шлем, водрузив его на плечи.

Хокмун посмотрел на него и увидел свое лицо с тусклым Черным Камнем во лбу, веселое и удивленное. Хокмун примерил свой шлем — с золотым гребнем. Когда он посмотрел на графа, ему сначала показалось, что шлем графа вообще ничего не отражает. А потом сообразил, что, напротив, он создает бесконечное множество отражений.

Остальные тоже примеряли свои шлемы. Д'Аверку достался шлем с синим гребнем, а Оладану — алый. Довольные, они улыбались.

— Хороший подарок, мастер Фанк, — сказал Хокмун, снимая шлем.

— Превосходный подарок. А кому же два оставшихся?

— Ах, да. Они для тех, кто пожелает ими воспользоваться.

— Нет. Должен признаться, что я пренебрежительно отношусь к доспехам. Они весьма обременительны и затрудняют мою работу со старым боевым топором. — Он ткнул пальцем за спину, где на веревке висел огромный топор.

— Тогда для кого же два других? — осведомился граф Брасс, снимая свой шлем.

— Когда настанет время, вы узнаете, — уклонился от ответа Фанк. — А как дела у обитателей замка Брасс?

— Ты говоришь о тех, кто живет на холме? — уточнил Хокмун.

— Некоторые из них были убиты звуком огромного гонга, вернувшего нас в наше измерение. Несколько зданий обрушились, но в целом замок сохранился достаточно хорошо. Кроме того, кавалерия Камарга уцелела.

— Около пятисот человек, — уточнил д'Аверк. — Вся наша армия.

— Ясно, — сказал Фанк, покосившись в сторону француза. — Я должен отправиться по своим делам.

— И что же это за дела, мастер Фанк? — спросил Оладан.

— У нас на Оркнейских островах не принято спрашивать о таких вещах, — упрекнул он Оладана.