— А если его там нет?

— Тогда я обязательно увижусь с ним во Франции, — ответил Лукас.

И внезапно Эвелин поняла, что Джек по-прежнему находится во Франции, — он ни за что не бросит эмигрантские войска и мятежников в столь сложный момент.

Он наверняка в самой гуще битвы, сражается бок о бок с ними за их свободу. Он находится там не только потому, что безрассудно не щадит своей жизни и так обожает опасность, но и потому, что он человек чести, патриот, герой.

Эвелин закрыла глаза. Если бы он только вернулся домой живым! Этого было бы достаточно, и она не попросила бы его ни о чём большем. И Эвелин взглянула на Лукаса.

— Когда ты найдешь Джека, скажи ему, что я его люблю, — попросила она.

— Скажу… но, убежден, он и сам это знает.

Дни по-прежнему тянулись мучительно медленно. Эвелин уныло смотрела в окно гостиной в Ламберт-Хаус. Снаружи, в саду, Эме играла в салочки с Уильямом и Джоном, сыновьями Гренвилла, а Жоли бешено носилась вокруг них. Вскоре вся компания направилась к конюшне, чтобы покататься на нескольких пони Гренвилла.

Даже глядя на эту безмятежную картину, Эвелин не могла улыбаться. Её сердце, казалось, застыло от страха. Неделю назад Лукас прислал им короткое сообщение: Джека на Лоо-Айленде нет. Фактически, он не был дома с третьей недели июня. Это Эвелин не удивило. Разумеется, его там нет — он находится в бухте Киберон.

Если бы Эвелин не нужно было заботиться о дочери, она бы кричала и рыдала, рвала и метала — и позволила бы себе окончательно сойти с ума. Но Эме ни за что не должна была догадаться, как она испугана. Кроме того, Эвелин должна думать о будущем ребенке.

И разумеется, ни Амелия, ни Джулианна не оставляли её одну надолго. Обе сестры то и дело вспоминали свои истории, те нелегкие военные времена, когда находились в разлуке со своими мужьями и жили в постоянном страхе перед неизвестностью. Амелия и Джулианна были решительно настроены занять Эвелин и отвлечь на многочисленные семейные мероприятия.

Каждый день она в компании Джулианны, Жаклин и Эме отправлялась в Ламберт-Холл, и каждый вечер все собирались за семейным ужином. Если Эвелин решала удалиться в свою спальню, чтобы немного побыть одной, в дверь тут же стучали: это наведывались Амелия или Джулианна, чтобы узнать, всё ли с ней в порядке.

И Эвелин не возражала против такой опеки. Все они стали так близки! Она понимала, что Амелия с Джулианной всего лишь хотят успокоить и приободрить её, хотя эта задача и представлялась почти невозможной.

Потому что наступление потерпело неудачу.

На днях французы вернули себе форт Пентьевр, шокировав Лондон ужасными новостями. И в довершение этого поражения британские эмигранты и шуаны были разбиты.