Какая же опасность грозила Джеку? И что, если им с Эме действительно есть чего бояться тут, в Розелинде? Ведь Леклер им угрожал! Эвелин уже жалела, что не рассказала об этом Джеку. С другой стороны, если она признается в этом сейчас, наверняка потеряет веский аргумент в споре.

— Да, я подумала бы об этом, если бы и ты отправился в более безопасное место.

Повисшую тишину нарушил Тревельян.

— Вы так похожи на пару любовников… — тихо заметил он.

Эвелин напряглась всем телом, но даже не взглянула на Трева: всё её внимание было сосредоточено на Джеке.

— Ты не мог бы вернуться в кровать? Пожалуйста, — наконец сказала она.

Его пристальный, глубокий взгляд слился с её взглядом. Джек отдал Эвелин стакан бренди и медленно двинулся к кровати. Эвелин тут же бросилась к нему, взяла за руку и помогла ему сесть поудобнее. Джек тут же схватился за перебинтованные ребра, его лицо помрачнело, но осталось непреклонным.

Эвелин по-прежнему мрачно смотрела на него.

— Я не заслуживаю твоей преданности, — задумчиво произнес Джек. — Эвелин, ты должна изменить свое решение ради Эме.

Боже, как же он напугал её!

— Я не могу оставить тебя одного в таком состоянии, раненого, — прошептала Эвелин. — Я просто не могу. И у тебя есть моя преданность, Джек, заслуженная или нет.

Она услышала шаги уходившего Тревельяна, но даже не обернулась. Джек тоже остался сидеть на месте, не шелохнувшись.

Эвелин сложила руки на груди и выдавила из себя улыбку.

Джек не улыбнулся в ответ.

Эвелин резко опустилась на край кровати с расческой в руках, совершенно изнуренная. Тревельян уехал задолго до темноты, несколько часов назад, и Эвелин нашла в себе силы примчаться вниз, чтобы поблагодарить его за беспокойство и попрощаться.

Трев был мрачнее тучи и на прощание посоветовал ей покинуть Розелинд как можно быстрее.

Что ж, теперь Трев знал, что она любит Джека, и даже догадался, что они были любовниками, — Эвелин не сомневалась, что верно поняла его замечание. Ей было так жаль, если она сделала Треву больно… Однако его беспокойство только усилило её тревогу.

А ещё Эвелин по-прежнему была поражена тем, что двое мужчин сговорились против неё подобным образом, пусть даже оба хотели защитить её.

К большому облегчению Эвелин, ближе к вечеру Джек уснул. Она заглядывала к нему несколько раз, но он лежал не двигаясь. Отдых поможет ему как можно быстрее поправиться.

Потом Эвелин легко поужинала с Эме и слугами на кухне, у большой печи. И, пока Бетт готовила Эме ко сну, Эвелин с Лораном заперли каждую дверь и каждое окно, защитив дом так надежно, как только было можно.

Сейчас было поздно — почти одиннадцать. Но Эвелин никак не могла успокоиться, ей было не до сна.