Точнее, её сорок три процента.

— Вот зе фак?!

Я не могу сдержать улыбку, представляя её выражение лица.

— Кир, ну я не виноват, — начинаю оправдываться. — Господин Перещегин сильно уговаривал меня на сделку. Разве что только не умолял! Хочет нас в долю, говорит, что убежден, что генеральный директор Кира Игоревна Паукова — великолепный топ-менеджер и сможет поднять его предприятие совершенно на новый уровень.

В трубке слышится удивлённый смешок:

— Прямо так и сказал? Ты серьёзно?

— Ага, зачем мне врать? Я сам едва не подавился, когда он резко начал рассыпаться в комплиментах. Оказывается, ты, Кирочка, у нас очень известная персона в деловом мире.

— Ну, — протягивает она самодовольно, — это правда. Цените, Данила Степанович!

— Ценим-ценим, — я дарю комплименты как лучник. — А теперь еще больше будем ценить. И никому не отдадим.

Кира смеётся, её смех звонкий и заразительный.

— Ну ладно-ладно, — смягчается она. — Поручу своему первому заму эту фабрику. Они там что, туалетную бумагу производят? Разберёмся.

— Отлично. Спасибо, Кира Игоревна, — заверяю я.

Закончив разговор, я бросаю взгляд на Чернобуса, который с явным удовольствием доедает последнюю ватрушку.

Думаю о Великопермском Ермолае. Это ведь он копает под меня, пытается навредить. Тоже интересный! Как будто я виноват, что его брат оказался в царской опале! Лучше надо было воспитывать сынка Глеба, а то этот недокняжич продался Страннику, а все шишки как всегда достаются Вещему-Филинову!

Ну раз мне шишки, то вам ёжики-уисосики.

Мутанизированные, с новой вонью. Лакомка молодец. Помню, как альва радостно размахивала пробирками с ярко-зелёными растворами. Специальный состав, не поддающийся старому спрею. Только наш новый нейтрализатор может их остановить. И угадайте, кто единственный производитель?

Но фишка в том, что мы его массово не производим, хехе. Только для своих.

— Шеф, — спрашивает через динамик водитель. — Куда дальше?

Правда, а куда?

— К Фирсовым, — решаю.

Старый любимый учитель звал к себе, значит, надо заскочить.

* * *"

"Проезжая по одной из московских улиц, я внезапно ощущаю присутствие чуждой твари — слабое, но отчётливо различимое, словно шипение змеи в траве. Конечно же, она выбралась из вчерашних «нор». Ну Лиан! Наделал делов! Ремня тебе точно отстегну в следующую нашу встречу. Один этот Жук чего стоил?! Хотя, надо признать, полезнейшим белком он оказался богат, да и прочный хитиновый панцирь пойдёт на гвардейскую экипировку.

Так, а где же паразитка… Наклоняюсь чуть вперёд, напрягаю чутье, мысленно сканируя окрестности. Тварь шустро двигается вглубь, прячется в канализации. Я поворачиваю голову и замечаю неподалёку детвору, радостно гоняющую мяч.

Прошу водителя остановиться и выхожу из машины.