Вон как Ольрих подчинился. А я необученная ведьма, не маг, но быть частью эксперимента тоже не хочу.

— Марина, ты неправа. У меня договор о неразглашении, а иначе может сорваться операция и это нанесёт вред моей империи.

Да, я всё понимала. И про гражданскую позицию и про клятву о неразглашении. Серьёзное дело. А вот куда обиженной ведьмочке деть характер?

— Послушай,— я повернулась, чтобы встретиться с внимательным взглядом герцога. Маг был недоволен и всё же держал себя в руках. — А что ты сделаешь, если я вдруг окажусь не здесь, а у себя дома?

— Я работаю в этом направлении, — неожиданно признался маг и потянулся ко мне за поцелуем.

     

    Конечно, Элиот сильнее меня и сильные руки удержали, не давая возможности отвернуться. Поцелуй опытного мужчины пьянил и заставлял плавиться, в то же время, отсекая возможность спокойно мыслить. Ещё немного и забуду суть претензий, а заодно собственное имя.

Маг решил, что я сдалась, и ослабил хватку. И я выскользнула из его объятий и из машины, которую уже никто не запирал. Торопливым шагом прошла в ворота и даже не обернулась, когда мотор мобиля нервно взревел.

Герцог умчался, а я направилась к себе. Переоделась, а затем пошла на кухню. Гости гостями, а нормально там так и не накормили.

 Наверное, я действительно была слишком зла, раз перелопатила кучу отцовских документов, включая книгу расходов и доходов. Неожиданно, но этим занимался мой отец, а в его отсутствие Мари. Оставшуюся часть дня я пыталась продолжить это дело и оно меня увлекло. Расчертила похожую таблицу в отдельной тетради и по аналогии предыдущего периода сделала свои пометки. А на проверку моих расчётов вызвала дворецкого. Вместе с Каспером мы вписали недостающее и практически не прерывались до самого вечера.

 Разве что принесли огромную корзину цветов от герцога Риллана, но скакать вокруг подарка я и не подумала. Приказала оставить на столе в отцовском кабинете, что было немедленно исполнено. Никаких особых писем и признаний Элиот не приложил, только открытка с указанием отправителя. И пока я работала, взгляд то и дело останавливался на цветах. Подозреваю, подари мне их Элиот сразу после ссоры, запустила бы в его сторону без сожаления. А теперь жалко, они красивые и пахнут ненавязчиво.

 Всё это замечательно, но я всё равно продолжала обижаться на мага, а заодно на себя. Нелогично, знаю, но ощущение неприятной досады на всё случившееся не проходило. От долгого сиденья за отцовским столом спина к вечеру затекла, а пятая точка грозила принять плоскую форму стульчика. И чтобы скинуть усталость, а заодно восстановить кровообращение, я отправилась в отцовскую купальню.

 Чем меньше оставалось времени до сна, тем больше я была уверена, что маг не пропустит ночь и обязательно придёт.