И признаюсь, я не настолько галантен, чтобы добровольно приковать себя к женщине, к которой не испытываю страсти. – Он странно посмотрел на нее, и Анна не сумела расшифровать этот взгляд.

Нет, не совсем так. Ее тело решило, что отлично справилось с расшифровкой, и уже дрожало от предвкушения.

– Этот мерзавец не узнал бы любовь, даже если бы она укусила его за задницу. – Он покраснел. – Прошу прощения за грубость.

– Ничего страшного. Меня не так просто смутить.

Хамвуд кивнул, но Анна не была уверена, что он ее услышал.

– Я не сомневаюсь в том, что Итон желал Элеонор и хотел заполучить связи, которые дал бы ему этот брак, но я совершенно уверен в том, что он ее не любил.

Так или иначе, они поженились. – Он так сильно пнул подвернувшийся ему под ноги камень, что тот отскочил от тропинки и рикошетом ударился о древесный ствол. – Плохое обращение началось раньше, чем закончился медовый месяц… а может быть, и еще раньше, чем они поженились.

Они вышли из рощи. Солнце скрылось за тучей, украв у сада его многоцветье.

– Не думаю, что они знали о происходящем. Элеонор мало что мне рассказывала, но я считаю, что – по крайней мере, сначала – Итон использовал слова, а не кулаки, унижая и запугивая жену.

Не было ни синяков, ни порезов, происхождение которых пришлось бы объяснять. Однако с сыновьями он не был так сдержан. Элеонор нашла в себе смелость уйти, когда ее муж избил Стивена, старшего мальчика.

Анна все еще надеялась, что история не так ужасна.

– Но детей нужно воспитывать.

И все же от мысли о том, что взрослый мужчина бьет ребенка, ей стало тошно.

– Это было не воспитание. Он выбил Стивену два зуба и подбил оба глаза.

– Да. Это случилось два или три года назад.

Элеонор забрала мальчиков и сбежала тайно, ночью, когда Итон был слишком пьян, чтобы ее остановить. Она вернулась сюда. К тому времени ее родители уже умерли, и это было к лучшему, поскольку я не вынес бы их попыток обвинить во всем Элеонор и настоять на ее возвращении к Итону. Вместо этого нынешний виконт принял их и дал Итону понять, что его не ждут в Мэноре.

Они подходили к дому.

– Я предлагаю воспользоваться черным ходом, если только вы не желаете вернуться через гостиную, – произнес маркиз.

У Анны совершенно не было желания без особой необходимости сталкиваться с другими гостями.

Маркиз провел ее через сад к дальнему от террасы крылу дома, где открыл почти незаметную дверь.

– А когда умер мистер Итон? – спросила Анна, перешагнув порог.

– Через несколько месяцев после того, как Элеонор от него ушла. Кто-то мог бы подумать, что он страдал от разбитого сердца, но на самом деле Итон мертвецки напился и его ударили ножом во время драки в таверне. Сомневаюсь, что кто-то о нем горюет.

Хамвуд провел ее по лестнице, а затем по коридору.