— Она не оплатила свой обед… — всё-таки сказал слизняк, жутко заикаясь при этом. Закончив фразу, он снова обвалился в поклоне, спрятав голову под стойку, словно страус. 

Мужчина без лишних слов снял с ремня увесистый мешок с чем-то звенящим и бросил его на столешницу. 

— Вполне, мой господин. Сдачу нужно? 

— Спасибо! Спасибо, мой король! Я так рад, что вы зашли в наш скромный ресторанчик, вы так добры и милосердны. Вас я буду помнить вечно и… — начал рассыпаться в благодарностях администратор. 

— Идём. — Коротко приказал мне король пока ещё неизвестно чего. 

Я осталась на месте. 

— Идём, — повторил холод во плоти. 

Я не могла и шевельнуться. 

— Никуда… — с запинками сказала я, — никуда я не пойду… 

— Пойдешь, — утверждал мужчина. Он смерил меня долгим, не предвещающим ничего хорошего взглядом, а после немного обошел сбоку и… Поднял меня на руки. 

— Пусти! — наконец смогла двигаться я. И, естественно, начала вырываться. Каким бы прекрасным внешне не был этот человек (надеюсь, что это именно он), но его нутро я не знаю. Куда и зачем он меня тащит — вопрос открытый, а узнавать ответ самостоятельно мне совсем не хочется. 

Его Величеству было совершенно плевать на мои удары, он лишь сильнее сжал пальцы, буквально приклеив моё тело к своему. Очень холодному. Очень… 

На мою радость, впереди был дверной проход. С брыкающейся ношей из него выйти не представляется возможным. Я не отчаивалась, продолжая колошматить и материть на чём свет стоит незнакомца. 

Как же ужасно сказано это простое «Нет». В нём будто собран весь мороз Антарктиды. 

Вот и дверь. Я дергаюсь, прыгаю, лягаю воздух — всячески мешаю своему похитителю, которого, похоже, никто не хочет останавливать. И тут случилось то, чего я никак не ожидала. И так ледяные конечности вдруг стали еще холоднее, на моей коже появилась корочка льда. От этого я перестала совершать телодвижения, но легче не стало — меня замораживали. Ноги и руки уже полностью покрылись льдом, и это нечто добралось до лица. Кожу колит, мне не приятно, а местами еще и больно, но ничего поделать не получается. 

На улице нас уже ожидала огромная карета, будто сошедшая со сказочных картинок. Она красиво искрилась на солнце, от неё шел пар. Дорожку под ней покрывала изморозь, а запряжена она была в шестерку оленей с огромными ветвями-рогами. Они фыркали и топали мощными копытами, их темную шерсть тоже покрывал снежный налет. 

Полупрозрачная дверь отворилась сама собой, без посторонней помощи. Меня грубо закинули в карету. Я бухнулась спиной на пол, скривившись от боли. Сказочный блондин, который теперь кажется не таким уж и сказочным, а скорее кошмарным, взобрался следом.