Сложно не ощутить ауру некротики, особенно зверю с сверхразвитыми инстинктами. Вот и сейчас огромный Золотой Дракон заголосил испуганным петухом:

«Нет, я намного больше, морда, — отвечаю ментальным сообщением. — Я — ЛЕГИОН».

И резким взмахом руки отправляю шар в Золотого. Дракон судорожно пытается увернуться. Но слишком поздно. Шар врезается в его крыло, а дальше громоподобный рев глушит все звуки на свете.

— Ты звал меня, о Свирепейший? — на пороге тёмного помещения возникает сгорбленная старая женщина с тростью в руках.

— Да, старая, — в нетерпении бросает Ратвер, откинувшийся в высоком кресле.

Высший Грандмастер потушил светильники, чтобы любоваться полной луной, но его мысли всё время возвращались к той встрече с молодым конунгом тавров. — Знаешь, на днях один выродок сильно вывел меня из себя.

— Вероятно, он умер в страшных муках, — кряхтит старушка, хромая вглубь просторных хором. Стук трости по мраморному полу гулко отдаётся эхом от каменных стен.

— Удивительно, но нет, — вздыхает один из Организаторов. — Я, конечно, оставил прощальный подарок, взбесив всех оборотней вокруг, но эта маленькая шалость вряд ли прикончит конунга тавров.

Тем более, если он, правда, прикончил Странника.

— Почему же ты пощадил наглеца, о Клыкастейший? — тяжело выдыхает старуха.

— Хороший вопрос, — скрежещет зубами Ратвер. — Причина, конечно, не в запрете Организации. Мне плевать на этих трусов. Настоящая причина — в запахе.

— В запахе? — удивляется старуха.

— Именно, — Ратвер шумно раздувает ноздри. — Нюх ликантропа в тысячи раз чувствительнее, чем у питекантропа. А мой нюх ещё мощнее, ведь вы созданы по моему образу и подобию.

— Я знаю, о Нюхатейший, — кланяется старуха, её голос дрожит от почтения.

Ратвер, сидя в высоком кресле, продолжает, его глаза горят гневом и решимостью.

— Конунг тавров пахнет четырьмя женщинами, — произносит он, не отводя взгляда от луны. — Запах долгий, устоявшийся. Значит, все женщины либо его жёны, либо любовницы. И одна из них — моя Истинная пара.

Эхо слов повисает в воздухе. Ратвер медленно вдыхает, обоняя следы, которые остались в его памяти. Взгляд старухи насторожен и напряжен.

— Я заберу её, — говорит он, голос его наполняется рычащими нотами. — Ничто не остановит меня, и никто не встанет между мной и моей Истинной парой.

Новые гости и перспективы

— Небесная богиня! Господин Данила смог ранить Золотого Дракона! — восклицает Сая, не отрывая ошеломленного взгляда от битвы на высоте

— Я думала, это раньше произойдет, — спокойно замечает Света. — Но эта ящерица оказалась очень пугливой. Спряталась в свой купол и не высовывалась. Дане пришлось выковыривать её.