Сейчас он восстанавливается в госпитале при Храме, - добавила Сестра и выжидательно умолкла.

- О, - задумчиво протянула я. Мне уже не нравилось. - В таком случае, наверное, мне следует навестить его и выразить благодарность за свое спасение. В убежище, к сожалению, у меня не было такой возможности.

Кузина выразительно приподняла бровь, намекая на свою прискорбную неосведомленность, за которую мне еще влетит.

- Джоана, - тут же сориентировалась я. - Ты не составишь мне компанию? Признаться, у нас с лордом Аиданом был крайне несвоевременный разговор о делах сердечных.

Я задолжала ему ответ, но пока не готова его дать. А в твоем присутствии он не рискнет настаивать.

- О делах сердечных? - слегка нахмурилась Джоана. - Но лорда Шаридана только вчера похоронили!

- Вот поэтому разговор и был несвоевременный, - призналась я, - и мне не хотелось бы его продолжать.

Кузина милосердно согласилась выступить в качестве моральной поддержки. Я попыталась осторожно выяснить у Сестры, как дела у ее незабвенного супруга, но она только уклончиво сообщила, что дела неожиданны и изобильны, и перевела разговор на великосветские сплетни, главной темой которых - кто бы сомневался? - по-прежнему оставался третий принц Ирейи.

На сей раз Его Высочество изволил не поцеловать руку леди Тирии ди Ривинн при встрече, и теперь все подозревали, что она за что-то угодила в опалу.

У меня были все основания подозревать, что скоро леди Тирия получит добровольно-принудительное предложение руки и сердца, а Сестра рассказала мне об этом, ожидая какой-то реакции. Здесь я ее разочаровала. Я отлично понимала, насколько важна для Третьего его дочь и на что он готов ради нее, но его специфические методы манипуляции общественным мнением напрочь отбили всякое желание помогать.

Даже в таких непростых ситуациях.

Поэтому все, чего добилась от меня добросердечная жрица, было решение снова собраться вчетвером - я, Сестра, принцесса и Крольчонок - и порисовать. Джоана вежливо отказалась, сославшись на планы, детали которых не стала сообщать.

Я выразила надежду, что “детали” будут вести себя, как подобает сыну дворянина, и велела горничной приготовить дорожное платье.

Госпиталь при Храме, как выяснилось, уместнее было бы называть госпиталем под Храмом.

Путь традиционно пролегал мимо сосуда для пожертвований и дежурной жрицы, которая смилостивилась лишь после того, как мы с Джоаной оставили весьма солидную сумму на восстановление прилегающих территорий после извержения. Тогда посланница Равновесия покинула свой пост и проводила нас до лестницы, спускавшейся на добрый десяток метров вниз.

Там нас встретила другая жрица. Она обрадовалась нам, как родным, и посетовала, что высокородного пациента до нас навещал всего один человек.