На Алексея посмотрели без особого пиетета. На теле шрамов от предыдущих боев не видно, сам грудой мышц не поражает. Но испытать должны были, даже если бы он был слеп на один глаз и хромоног. Таковы были правила. Каждый имел равные возможности.

Против Алексея выставили рослого воина лет тридцати. Густая борода частично скрывала длинный шрам на лице, из-за чего лицо выглядело асимметричным.

Грек повертел в руке палку.

Воин напал быстро, без подготовки, без устрашающих криков, что часто делали для психологического давления на противника. Алексей нападения ожидал, но воин был чертовски быстр. Алексей едва успевал отбивать его деревянный меч. Удары были точны и сильны, даже пришлось отступить на пару шагов. Деревянные палки сталкивались с сильным глухим стуком. Зрелище привлекло внимание праздных зевак и воинов. Алексей защищался, пытался определить слабое место. Грек работал палкой неутомимо, но Алексей уязвимое место нашел. Когда воин в полном боевом облачении, его левый бок прикрыт щитом. Сейчас воин обнажен по пояс, но многолетняя выучка, перешедшая в привычку, осталась. Грек плохо защищал свою левую половину. А еще далеко выдвигал вперед правую ногу для устойчивости. Правил Алексей не знал. Можно ли было бить по ногам? Или, как в классической греческой борьбе, использовать только руки и ниже пояса не бить? Решил пока не бить. В реальном бою он использовал бы любую возможность, чтобы ранить врага. Два-три ранения в ноги или руки приведут к кровотечению. Противник ослабеет, думать будет лишь о том, как бы уцелеть, и тогда станет делать непростительные ошибки.

После очередного удара грека зрители, стоявшие вокруг уже плотным кольцом, стали кричать:

– Стракис! Да что ты возишься с ним? Врежь по ребрам!

Но грек уже понял быстрее остальных, что Алексей не такой легкий противник, каким кажется. Все удары грека не достигали цели. Палка налетала на палку. Алексей же подловил момент, после очередного удара грека отвел удар, сделал выпад вперед и концом палки сильно ткнул противника в солнечное сплетение. Грек на секунду замер, открытым ртом попытался втянуть воздух, выронил палку, согнулся от боли. Алексей нанес тычок так резко, что из зрителей его заметил только один. Но это был лохаг Фотис. Он-то знал толк во владении оружием. Даже если бы Алексей проиграл, он все равно взял бы его в свой лох, потому что долго продержаться в мечном бою против Стракиса мало кто мог. А этот сухощавый не только достойно держался, но и сам нанес удар. В реальном бою Стракис был бы убит. Такого сильного колющего удара кираса не выдержит. Алексей противника не добивал, хотя имел право. Опустив палку, стоял. Дышал учащенно, лоб покрылся каплями пота. Но тренированный Стракис был весь блестящим от пота.