Флот может дать время — но турок мы все равно разобьем. Если упредим британцев и захватим проливы — то за минными заграждениями можем сидеть долго. Жаль, что у нас всего четыре нормальных броненосца, способных драться один на один с британскими. И у австрийцев их три, шесть других с 240 мм пушками. Тут все надежды только на французов, у итальянцев есть восемь кораблей, однако они, скорее, броненосные крейсера, чем нормальные броненосцы.

Вирениус вздохнул — Черноморский флот имел три новых броненосца — «Князь Потемкин», «Евстафий» и «Иоанн Златоуст» — хорошо защищенных, с вооружением из четырех 305 мм, и по восьми 210 мм и 120 мм противоминных пушек.

На «Трех святителях» число 210 мм пушек было урезано вдвое — все же корабль уступал первой «тройке». Вторая эскадра состояла из двух старых броненосцев и «Ростислава», перевооруженных на 240 мм пушки чешской выделки, проданные австрийцами. Эту тройку можно было не считать — они пойдут в Босфор первыми, их потеря для флота не столь фатальна. Главное сохранить «нормальные» броненосцы, что будут способны выйти в Эгейское море в случае успеха. Остальные корабли — по два больших и малых бронепалубных крейсера, пару новых броненосцев береговой обороны и два десятка эсминцев и больших миноносцев могли принести только относительную помощь, особенно последние в постановке минных заграждений. Имелись на флоте еще восемь субмарин американских и германских проектов, но рассчитывать на их эффективность не приходилось — слишком несовершенны конструкции первых подводных лодок.

Греческий флот из одного броненосного крейсера и трех броненосцев береговой обороны изначально сбрасывался со счетов — он был обречен на скорую погибель, англичане растерзают его в клочки.

Впрочем, и турецкий флот имел всякую рухлядь, реальную боевую ценность представляли только два «проданных» британских броненосца и три купленных в Англии, САСШ и Италии бронепалубных крейсера.

— Не знаю, будет ли война, или нет, но будущее мира определенно изменится. Надеюсь, что в лучшую сторону…

— Они решили нас предать, тем хуже для них — французы горько раскаются в своей измене.

Но только после того, как мы дадим горький и болезненный урок трем зарвавшимся императорам.

Назначенный совсем недавно Первым Лордом Адмиралтейства, бывший министр внутренних дел Уинстон Черчилль не скрывал раздражения. Всего за шесть прошедших с окончания русско-японской войны лет, дипломаты Форин Оффис наделали массу ошибок. Нельзя было позволять снова сформироваться альянсу из германского, австрийского и российского императоров.