– Пожалуйста, – пожала девушка плечами, смело глядя ему в глаза. – А что за нежности такие? Я все смотрю, в фильмах задержанных называют «гражданин» или «гражданка», по фамилии, а вы вон как.

– Во-первых, вы не задержанная.

– А во-вторых? – Варя держалась хорошо, уверенно, но без наглости. – Если говорят «во-первых», то, видимо, последует и «во-вторых».

– А во-вторых, не следует верить всему, что показывают в кино. Чаще всего режиссеры и продюсеры экономят на консультантах. Кроме того, если показывать работу полиции такой, какой она есть на самом деле, фильмы смотреть никто не будет, уснут со скуки. Фильмы снимаются для развлечения зрителей, а не для того, чтобы показать все как есть.

– Учту, товарищ полковник, – кивнула девушка. – Так если я не задержанная, то кто?

– Вы – потерпевшая. Пока вы только потерпевшая.

И вот тут нервы у Вари стали сдавать. Гуров уловил это совершенно четко. Дернулись брови, взгляд мгновенно ушел с лица собеседника, а руки бесцельно стали теребить сумочку, пытаясь найти в ней что-то, что могло бы их занять. Когда люди волнуются, они непроизвольно пытаются занять свои руки. Им они очень мешают в такие минуты.

– Мы долго искали вас, Варя Ягодина. Мы знали об изнасиловании тремя подонками, но не могли найти жертву. Теперь у нас есть не только факт преступления, но и потерпевшая. И я очень вас прошу все рассказать, дать полные показания, чтобы мы могли привлечь негодяев к ответственности по закону.

– А если вы ошибаетесь? Если ничего не было? – прищурив красивые глазки, тихо проговорила она.

– Было, Варя, я все знаю, – покачал головой Гуров. – Мне пришлось даже Аллу Валерьевну уговорить признаться. Вы уж не сердитесь на нее, она ведь вам помогла.

– Ясно, – с горечью в голосе ответила Варя. – А что вы там еще говорили, что я пока потерпевшая. А потом я кем могу стать?

– Я очень надеюсь, что никем, – искренне сказал Лев. – Очень мне хочется, чтобы вообще ничего такого с вами не случалось, не было бы этой беды. Тем более мне не хочется, чтобы вы из потерпевшей превратились в обвиняемую.

– Что?! – Глаза у Вари сделались просто огромными. – Это у вас такие шутки в ходу в полиции, или вы пытаетесь меня развести на деньги, на взятку? Запугать какими-то липовыми сведениями? Вы еще скажите, что это я этих уродов сама изнасиловала, нанесла им душевную и психологическую травму!

– Стоп! – резко оборвал девушку Гуров. – Давайте-ка эмоции в сторону! Тут дело посерьезнее!

– Вы думаете, серьезнее, чем то, что они со мной сделали? – выпалила Варя, блестя глазами.

– Серьезнее, девочка, значительно серьезнее. Что ты сказала, когда они тебя оставили в покое там, в парке ночью? Вам не жить, уроды? Так было?

– И что? За эту угрозу вы меня посадите?

– За угрозу нет.