Была и такая вероятность, что он все эти подношения вообще выкидывает в мусорное ведро, но…мне, черт возьми, нравилось, что я могу что-то делать для него. Пусть и так – совершенно инкогнито.

И так всю неделю. Его холод и мой горячий кофе.

А в пятницу, после обеда нас на ковер вызвал мой отец. Думала, что устроит нам допрос с пристрастием, как мы сработались, например. Но он задумал кое-что похуже.

– Так, у меня самолёт через четыре часа, следовательно, не будем долго расшаркиваться и интересоваться как у нас тут друг у друга дела. Ясень пень, все хорошо. Поэтому, вопрос в лоб.

Кто из вас завтра свободен ближе к вечеру?

– Правильный ответ – «оба»? – поджимает губы Гордеев.

– Именно, Стас. Молодец, премию тебе выпишу в этом месяце.

– Вы уже, – пожал плечами парень.

– Что-то я погорячился. А за что? – прищурился мой родитель.

– За Дальний Восток.

– А…точно. Там надо было, да.

– Да, – тянет Гордеев и отводит глаза к панорамным окнам, с видом на, затянутую смогом, Москву.

– Ладно, к делу. Завтра у Мещерякова день открытых дверей для своих в, только что отстроенном, «Инфинити-Сити». Будет вся бизнес-элита, ну там может какая певичка песенки попоет, шампусиком угостят, клубничкой.

И нам надо там быть. У меня не получается, так как я улетаю до вторника. Арине бы там затусить и проникнуться атмосферой, а тебе, Стас, пробить Иванчука.

– Я его уже пробил, – монотонно выдает Гордеев и мой отец медленно, но напряженно выдыхает.

– Он будет там искать пути решения своих проблем, а это проблема для нас, Стас. Не тупи, пожалуйста.

– Да, пожалуйста, – и оба рассмеялись, а я посмотрела на них как на идиотов.

– Короче, вот вам пригласительные, – и протянул двумя пальцами по столу, тисненные золотом, черные карточки, – нужно будет приодеться.

Без пафоса, но все же. Арина, тебе вечером Валера привезет цацки. Наденешь.

– Ну вот и все, детки. Можете идти.

Стас прихватил пригласительные и чуть слышно почитал:

– Завтра в восемь вечера, – затем повернулся ко мне и спросил, – заеду за тобой в семь?

– Лучше встретимся уже там.

Согласно кивает и выходит из кабинета, а я остаюсь сидеть в кресле и тупо смотрю на отца.

– Ты что-то плохо выглядишь, дочь? – озадаченно хмурится мой старик.

– Да? Вот спасибо, – досадливо поджимаю губы и нервно перекидываю волосы с плеча на плечо.

– Не за что. Как тебе работается с Гордеевым? – пристально смотрит на меня.

– Как и всем, – пожимаю я плечами.

– Надеюсь, ты там без гонора?

– Надейся, – натянуто улыбаюсь, встаю и покидаю его кабинет, запоздало бросая из-за спины, – и удачи тебе в твоей поездке!

Остаток дня я провела как в тумане, все обдумывала завтрашнее мероприятие и то, как будет выглядеть со стороны то, что я появлюсь на людях в компании Гордеева.