И что особенно приятно, иногда он позволяет мне капризничать и выпендриваться.

Сейчас я снова не могу отказать себе в этом удовольствии.

Ухмыляюсь. Ловлю себя на мысли, что несмотря на то, что мы уже два года вместе, я просто обожаю с ним флиртовать.

– То есть, я выбираю, да? Ну да же, да?

Повернувшись ко мне, он не выдерживает и широко улыбается.

– Выбирай, что ещё делать. Раз уж ты такая пиццеедка.

– Да она просто тут вкусная! – распахнув глаза, восклицаю я.

– Угу, – усмехнувшись, произносит он. – Вот так и становятся жёны толстенькими.

– Ты чего? – удивляюсь я. – Где я толстенькая?

Он внимательно и придирчиво оглядывает меня с головы до ног.

– Ну, окей. Сейчас не толстенькая. Но...

– Никаких "но", – прищурившись, заявляю я. – Хочу пиццу.

– Хорошо, – улыбается Саша. – Выбирай. Сейчас закажем.

Киваю на спящего на руках Тёмку.

– Мне неудобно так выбирать. Вот если ты возьмёшь сына на руки, а я смогу улечься поудобнее на пузико и полистать страницы со всеми возвожными вариантами, то тогда я смогу выбрать пиццу, которая сто процентов понравится нам обоим.

Саша протягивает руки и я бережно передаю ему нашего малыша. Он такой сладкий, сопит себе тихонько, прикрыв глазки. Копия отца в детстве. Вот вырастет и сто пудов отрастит себе бороду. И тогда станет копией отца во взрослом возрасте. Почему–то я в этом даже не сомневаюсь.

Пляж здесь – просто роскошен. Тёплый июньский ветер гармонично сочетается с утренней прохладой. Через пару часов снова наступит жара. В Италии летом – порой просто пекло какое–то, и мы это время обычно проводим в доме, где во всех комнатах тихонько шумят кондиционеры и вентиляторы.

– Пойду искупаюсь, – говорю я.

Он смотрит на меня тем самым взглядом, который и сейчас смущает меня. Только теперь он смущает меня приятно.

– Хочу тебя, – негромко произносит он.

Наклоняюсь к нему, трусь носом о его бородатую щёку.

– Вечером, ладно? – шепчу я ему. – Уложу Тёмку и буду вся твоя.

– Договорились, – довольно улыбается мой муж.

Здесь на отдыхе он просто ненасытен. Прошлой ночью буквально измотал меня сексом. Голос сорвала. Попа аж горела от его шлепков. Но осталась я очень расслабленной и довольной. Дрыхла потом до обеда, словно сурок.

И надо отдать Саше должное, Тёмка при этом ни в чём не нуждался. Муж только раз разбудил меня, чтобы я покормила сына грудью. А потом я снова заснула.

– Хотя я бы предпочёл начать пораньше, – потирая пальцами бороду, добавляет Саша. – Скажем, после обеда.

– Посмотрим, – говорю я, – на твоё поведение.

И показываю ему язык. Причём не просто показываю, а имитирую, будто слизываю что–то. Что–то такое, что...

Саша изгибается и звонко хлопает меня по заднице.

– Ай! – отпрыгнув, восклицаю я.