Глиасон нервно вскочил на ноги, быстро, в три шага, подбежал к окну, с минуту постоял в лучах солнечного света, а затем повернулся к адвокату. Темные глаза молодого человека горели. Создавалось впечатление, что он борется с собой.

– Хватит острот, мистер Мейсон. Мне нужно знать, была ли здесь Фрэн Челейн или нет.

Тон Перри Мейсона не изменился, адвокат оставался абсолютно спокоен и, казалось, не обращал ни малейшего внимания на нетерпеливость посетителя.

– Пусть между нами не останется никакого недопонимания, – сказал Мейсон. – Вы говорите о мисс Фрэнсис Челейн?

– Вы лично знакомы с мисс Челейн?

Перри Мейсон махнул правой рукой, словно вопрос, о котором шла речь, не имел ни малейшего значения.

– Это все упрощает, – сделал вывод адвокат.

– Что именно? – с подозрением в голосе спросил Глиасон.

– Тот факт, что вы знакомы с мисс Челейн, – ответил Мейсон. – В таком случае вам требуется лишь поинтересоваться у самой мисс Челейн, консультировалась ли она у меня. Если нет, то вам не потребуется возвращаться. Если консультировалась, но не хочет, чтобы вы об этом знали, она, несомненно, найдет способ скрыть это. Если же она говорила со мной и ей все равно, узнаете вы об этом или нет, она вам сама обо всем расскажет. – Адвокат встал и улыбнулся посетителю, показывая тем самым, что разговор окончен.

Роберт Глиасон остался у окна. По его лицу было видно, что в нем идет внутренняя борьба.

– Вы не имеете права так со мной разговаривать, – заявил он.

– И тем не менее – разговариваю, – спокойным тоном ответил Мейсон.

– Вы не имеете права!

– Вы можете так объясняться с посторонним, но я таковым не являюсь. Я очень близок с Фрэн Челейн. У меня есть право знать о том, была она у вас или нет. Ее шантажируют, и я хочу выяснить, что вы предполагаете сделать.

Перри Мейсон приподнял брови:

– Кого шантажируют? Кто шантажирует?

Глиасон раздраженно взмахнул руками:

– Что вы притворяетесь? Я знаю, что она была здесь, и вы знаете, что она была здесь. Вы знаете, что ее шантажируют, а я хочу знать, что вы предполагаете сделать.

– При сложившихся обстоятельствах я думаю, что мне стоит попросить вас покинуть кабинет, – заявил Мейсон. – Когда я пригласил вас зайти, я думал, что вы пришли проконсультироваться у меня как у адвоката. Я очень занят, и у меня нет времени обсуждать с вами тот единственный вопрос, который вас волнует.

Глиасон оставался на месте.

Адвокат подошел к двери и открыл ее. С серьезным и достойным видом он обратился к посетителю:

– До свидания, мистер Глиасон. Мне очень жаль, что я не могу вам помочь.

– Это все, что вы собираетесь мне сказать? – закричал Глиасон с исказившимся лицом.

– Да, – безапелляционно заявил Мейсон.