– Разве там не было газетного репортера, который вас как-то побеспокоил и задержал?

– Да, был. Если не ошибаюсь, его фамилия Неверс. Он настаивал, чтобы мы изменили условия эксперимента. У меня не было полномочий изменять их. Условия оговаривали мистер Драмм и вы, мистер Мейсон. Я сказал об этом репортеру, но он от меня не отставал, даже засунул палец мне в петлю пиджака, пытаясь удержать.

– А мы где находились в этот момент?

– Вы уже спустились к машине.

– Как вам в конце концов удалось от него отделаться?

– Я крикнул мистеру Драмму, а он ответил совершенно определенно, что никаких изменений в условиях производиться не будет. Когда репортер услышал слова мистера Драмма, он, наверное, понял, что нарушает порядок, и отпустил меня.

Зрители, старавшиеся не пропустить ни слова, теперь в недоумении переглядывались.

– Это все, – объявил Мейсон.

– Вызывайте следующего свидетеля, мистер Драмм, – обратился к заместителю окружного прокурора судья Маркхэм.

– Секундочку, ваша честь, – перебил Мейсон. – Мне бы хотелось снова пригласить Артура Кринстона для продолжения перекрестного допроса.

Судья Маркхэм не мог удержаться, чтобы не сделать легкого ударения на словах, описывающих краткость перекрестного допроса. Он пытался пожурить адвоката, который так небрежно отнесся к перекрестному допросу важных свидетелей в деле об убийстве.

Артур Кринстон прошел вперед с мрачным лицом.

– Вы уже принимали присягу, – напомнил Мейсон. – Пожалуйста, займите место для дачи свидетельских показаний, мистер Кринстон.

Артур Кринстон сел в кресло, положил ногу на ногу и повернулся к присяжным.

– Мистер Кринстон, – обратился к нему Мейсон, – в ночь убийства вы разговаривали с мистером Нортоном?

– Да, сэр. Я уже давал показания об этом.

– Если не ошибаюсь, вы прибыли к мистеру Нортону в семь минут двенадцатого и уехали примерно в одиннадцать тридцать, не так ли?

– Да, – ответил Кринстон и добровольно добавил: – Я могу точно указать время своего приезда, потому что мистер Нортон был ярый сторонник начала встреч с точностью до минуты. Я опоздал на семь минут, и он довольно саркастично указал мне на это.

– Понятно. А с семи минут двенадцатого до половины двенадцатого вы разговаривали с мистером Нортоном, не так ли?

– Все правильно. Да, сэр.

– А фактически, мистер Кринстон, не был ли этот разговор ссорой? – поинтересовался Мейсон.

– Нет, сэр, не думаю, что мне есть что добавить к сделанному мной ранее заявлению касательно содержания нашего разговора.

– Мистер Кринстон, у фирмы имеется задолженность перед «Вилерс Траст энд Сейвингс Банк» в размере около девятисот тысяч долларов, не так ли?

– А на счете в том банке находится только семьдесят пять тысяч долларов?

– Да, сэр. Примерно эта сумма.