Причем настолько сильно, что они вытащили ее из тюрьмы магов и скостили несколько веков срока.

Понять, за каким демоном они собирались запихнуть его Первый магический университет. Причем сразу в статусе профессора.

Профессора черной магии… Ха! Да любой так называемый “профессор черной магии” душу и пятую точку бы продал за те знания, которые хранились в голове Алекса…

На закуску ему оставалось разузнать, кем именно являлись узкоглазый и Дункан.

Ну и по мелочи – выплатить долг одному из крупнейших криминальных синдикатов. За то, что не дали Алексу превратиться на зоне в пропеллер, крутящийся вокруг оси чьего-то детородного органа. Долг в объеме сто тысяч кредитов.

Если в долларах, то умножьте на десять.

А счетчик-то то уже начал тикать…

Но больше всего Алекса волновало…

– Жрать охота, – он сморкнулся в урну и глубоко затянулся, – и бабу бы…

– Милок, ну что, надумал?! – донеслось ему вслед от троллихи.

Алекс поступил так, как поступал в любой непонятной ситуации.

Он затянулся. Выдохнул колечко дыма. Продемонстрировал татуировку “Дум” и поплелся дальше вниз по улице.

Его, наверное, уже заждался один бородатый гном, который задолжал ему кучу денег и сытный ужин!

– Прям как и не пробыл в отпуске четыре года, – протянул Алекс, щелчком пальцев отправляя окурок в стоявшую неподалеку от автобусной остановки урну.

Хайгарден, пожалуй, единственное место, где все еще ездили электробусы, а не магобусы. Просто для последних требовалось специальное дорожное покрытие, которым только недавно (относительно недавно – четыре года назад) покрыли большую часть центральных районов Маэрс-сити.

Здесь же все еще лежал пусть и добротный, но простой асфальт.

Дум стоял напротив невысокого двухэтажного здания. Покосившаяся вывеска “Все для охоты и рыбалки” шаталась на ветру. Несколько неоновых букв не горели, так что если бы не свет ближайшего фонаря, то понять, что именно на ней написано, было бы сложно.

Слева и справа от магазина высились пятиэтажные жилые здания. Похожие скорее на муравейники, чем на достойное жилье гражданина Атлантиды, из красного кирпича, с деревянными ставнями и простыми стеклами, они служили пристанищем простым работягам города.

С утра на завод, вечером обратно в конуру.

Иначе как конурой мелкие квартирки, в которых ютилось по шесть-восемь человек семейства, и не назовешь.

Один раз, еще в детстве увидев подобные условия, Алекс понял, что лучше будет жить на улице, чем так…

Подойдя к каменному крыльцу, ведущему к входу в лавку, Дум вытер подошву кедов, в которых его приняли фараоны, о знакомый и почти даже родной каменный выступ.

Толкнув дверь, привычно вздрагивая от завывшего на манер банши волшебного звонка, Алекс все так же машинально выругался.