— Потому вы вполне можете договориться с Сергеем…

— Я не хочу его видеть, — резко напомнила Дарья. — Не хочу запоминать его таким, каким он стал. И потому пришла к вам, Павел Филиппович. Чтобы попросить вас договориться с моим младшим братом о покупке Барсика.

— У меня не было ничего моего в доме отца. Кроме кота…

— Вы могли бы заполучить питомца раньше, — не купился я. — Договорились бы о сделке еще при жизни отца.

— Вы не видели его лица в тот момент, когда мои глаза изменились, — внезапно осипшим голосом проговорила гостья.

Она встала на ноги и прошлась по комнате. Мне казалось, что женщине тесно в стенах моего дома. Дарья вновь повела плечами и вдруг призналась:

— Как вы только ходите в такой неудобной одежде? Я отвыкла от этих костюмов. В моих краях мы предпочитаем свободный крой. Ничего тесного не носим.

— Что поделать, такая мода, — я вздохнул, понимая, что давить на Кусач не стоит.

Пройдясь до стены, женщина развернулась.

— Годы стирают многие воспоминания. И эмоции, которые вызывали некоторые события, становятся не такими яркими. Иногда я представляла, что однажды вернусь домой, и мы сможем поговорить с отцом. Я расскажу ему о своих приисках на Севере, покажу снимки детей. Приглашу к себе погостить. И в моих фантазиях он радовался нашей встрече. Говорил, что сожалеет о нашей давнишней ссоре… А потом я вспоминала, как он просил меня уйти. И понимала, что ничего хорошего бы не случилось, решись я вернуться.

— А вы когда-нибудь пробовали посмотреть на своего отца глазами птиц? Так как вы умеете?

Кусач нервно закусила губу и покачала головой.

— Я не боюсь пойти в тайгу, когда там ходит шатун. Не опасаюсь спуститься по горной реке на утлой лодочке. Но до зубовного скрежета боялась вновь увидеть того, кто от меня отрекся… Иногда я думала о том, что если бы Василий захотел, то мог бы меня найти. Но сейчас я думаю, что он вряд ли смог поверить, что я сумела купить себе отчество и стать важной особой. Да и вряд ли он вспоминал обо мне.

Я хотел ее поддержать. Но внезапно вспомнил о тетрадях, которые Василий исписал мелким почерком. О том, с каким фанатизмом он создавал зеркальные порталы, чтобы путешествовать по разным домам .

— Знаете, — медленно проговорил я, — а ведь ваш отец и впрямь хотел вас найти. При жизни у него не было такой возможности. Но зато после смерти… Как, вы говорите, работают ваши обереги?

— Я вам не говорила об этом, — усмехнулась женщина. — Но на этих камнях вырезаны знаки, которые не дают призракам являться без приглашения. Их носят многие шаманы в тех местах, откуда я теперь родом.

— Снимите браслеты, — предложил я.

— Зачем? — насторожилась Кусач.

— Вы сильная женщина, — напомнил я. — И вам не нужно прятаться от прошлого. Вы приехали сюда, когда узнали о смерти отца.