Мало ли — вдруг у меня, от их ритуала проклятого, хвост начал бы отрастать прям на людях?

— Все возможно, — со всей серьезностью кивнул я.

— И знаете: в той комнате внизу, где ящик стоял, эти самые гости оживились, словно почуяли чего… А потом еще и у комнаты Людмилы Федоровны топтались долго. Один даже сомневался, что наша женщина живая. Потому что от нее ему чем-то пахнуло.

— Что? — насторожился я и отругал себя за то, что не расспросил об этих подробностях раньше.

— Он так и сказал: «Неживым духом пахнет». А Лаврентий Лавович посоветовал ему залатать дырку в ботинке. Мол, тогда и пахнуть всяким не будет… Парень тот попытался возразить, но тут к нам поднялась Арина Родионовна и быстро их спровадила подальше.

— Было дело, — согласилась девушка. — В тот раз спровадила, но следует держать ухо востро — мне тоже показалось, что эти ребята не такие уж и бесполезные.

— Обо всех подробностях относительно таких групп можно будет разузнать у Морозова. Думаю, он будет в курсе событий. Да и Шуйский, скорее всего, будет знать.

— Хорошо, что вы с ним общаетесь… К слову, — девушка расправила на плечах палантин, — он на самом деле возьмет с собой господина Зимина в Яблоневый Сад?

— Вот и посмотрим, — хмыкнул я.

— Мне кажется, что Стас Александрович может быть очаровательным, если захочет, — предположила девушка.

— Ума не приложу, зачем бы ему этого хотеть… — буркнул Фома с переднего сиденья.

— Рано или поздно, но ему придется вливаться в высокое общество, — пояснил я. — Однажды он станет наследником приличного состояния и титула, и с ним придется считаться. Будет славно, если к этому сроку он сможет обрести расположение аристократии. Со своей стороны я буду поддерживать его. Шуйский, как я понял, после совместной поездки в Новорильск, проникся к новоявленному Морозову симпатией. Значит, две весомых семьи в Империи уже выступят на его стороне. А это немало.

— Моя семья тоже будет отзываться о нем хорошо, — добавила девушка. — Родители были впечатлены тем, с каким достоинством Стас Александрович бился в… — она замерла, видимо, ощутив воздействие клятвы о неразглашении. И откашлялась. — Он показался им хорошим человеком.

— Рад это слышать, — сказал я и взял ладонь девушки в свою.

Мы на какое-то время замолчали, но тишина не была в тягость. Машина довольно скоро добралась до места назначения. На подъезде нас встречали посты, и на каждом приходилось останавливаться и демонстрировать документы. Автомобили проверяли элементалями, даже несмотря на номера семей, и меня это странным образом успокаивало — меры безопасности были серьезные, а, значит, беспокоиться о нежелательных происшествиях не стоило.

Когда мы добрались до подъезда в сад, то попали в небольшую пробку.