Детям предполагалось есть отдельно, и Гу Фен приписал Ала к их числу. Щеки того вспыхнули, и он попытался было возразить, но в конечном итоге сник и смирился — все равно за тем столом уже не оставалось места. Ал покосился на духа кинжала, с интересом оглядывающегося по сторонам с довольно непосредственным выражением лица. Принимать пищу у него не было никакой необходимости, но, тем не менее, он сел за стол рядом с Лули. Той, похоже, становилось спокойнее в его присутствии. Эта тварь могла убить ее в любой момент, и вся их сделка держалась на его честном слове. Оставлять все как есть — очень рискованно, и все же Ал прекрасно понимал, что Лули не прислушается к голосу разума.

В стороне за длинным столом ужинали воины контрольного бюро. Доносящийся с их стороны гомон и смех лишал Ала всякой возможности подслушать, о чем говорилось за столом Шена и Ю Си.

Командующий же, не моргая, уставился на подошедших заклинателей, точнее, на одного из них, в алых заклинательских одеждах с длинными рукавами смотрящегося совершенно по-другому. Более… опасным? Более… Во всяком случае, глядя на такого Шена, было проще поверить во все те легенды, ходящие о проклятом старейшине.

Справившись с собой прежде, чем Шен заметил его пристальный взгляд, Ю Си радушно повел рукой над стоящими на столе яствами и, видя подозрение на лицах заклинателей, счел возможным пояснить:

— Присаживайтесь. Я не хочу, чтобы меня попрекали тем, что я морил уважаемых старейшин ордена РР голодом.

Хоть Шен шел впереди, Муану удалось каким-то образом опередить его и занять место между ним и Ю Си. Шен опустился за стол напротив командующего и, не глядя на него, уставился на блюда перед собой.

Есть совершенно не хотелось. Казалось, стоит ему съесть хоть кусочек, тот тут же попросится обратно. Это был очень-очень долгий день. И пусть физически он ощущал себя неоправданно хорошо, эмоционально был то ли выжат, то ли готов взорваться. В любом случае, этой трапезе и разговору он бы предпочел хотя бы пару часов сна.

Гу Фен наклонился к командующему и тихо стал докладывать о причинах своей задержки. Ю Си слушал с безэмоциональным выражением лица.

Пусть Шен не был расположен к беседе, зато Леву было, что сказать. Отставив в сторону пиалу, он перевел взгляд на командующего и, дождавшись, пока Гу Фен отступит, прочистил горло и громко произнес:

— Позвольте прояснить сложившуюся ситуацию.

Вы пытаетесь выставить нас государственными преступниками всего лишь из-за какого-то незначительного нарушения. Не мы первые, кто входил в ту гробницу. За последние годы ее верхние уровни превратились в проходной двор! Сдается мне, все это несерьезно!

Ю Си перевел на него взгляд, сложил ладони домиком, оперев о них подбородок, и молча, изучающе уставился на него.