Они дрались среди танца, а кэцхен танцевали среди смерти.

– Ты искал меня? – снова улыбка, безумная, зовущая. – Ты меня нашел, так чего же ты ждешь?

Пьян? Или просто смеется? Ворона не поймешь, как не поймешь ветер, но этот сумасшедший прав. Он всю ночь искал кэналлийца, всю ночь... Пляска в Хексберг, пляска в Фельпе, они связаны. Но разве может связать ветер?

– Станцуем, моряк! Это ночь всех звезд, всех звезд и всех ветров. Это ночь танца... Ночь вечности, и она наша... Наша с тобой...

Луиджи уже ничего не понимал. Горели какие-то огни, падали звезды, или это шел вверх снег? Вьюга вырастала в стену, стена становилась зеркалом, в котором плясали звезды, а люди исчезли.

Они были совсем одни, глаза Алвы горели ярче обычного, он смеялся весело и безжалостно, так смеется водоворот, затягивая в неизбежность. Кэналлиец звал, и Луиджи шагнул вперед. Первым. Он никогда не желал мужчин, никогда... Чужие глаза, огромные, голубые, с узкими кошачьими зрачками, не мужские и не женские!

– Опять боишься? – звенят, звенят дальние колокольчики, а в темных локонах сверкают звезды. Или капли росы. Или черные ройи? – Зачем ты думаешь? Почему не хочешь? Тебя звали, тебя зовут.

Всю ночь зовут, а ты боишься!

Тоненькие руки, синие крылья, мелодичный, смеющийся звон.

– Не бойся, я не та... Я не уведу... Мы просто станцуем... До рассвета, пока с нами только ветер и звезды. Мы станцуем... Зачем якорь, когда нужен парус? Зачем корни, когда есть крылья?

Муцио, Франческа, Поликсена, Алва, они же были тут, были. Были!

– Они с тобой. Они в тебе. Ты думал о них... Но ты хочешь не их... Я понимаю, теперь понимаю... Идем...

Сколько ей или ему? Тринадцать лет или тринадцать тысячелетий? Птичьи крылья, кошачьи глаза, шелк волос.

.. Поют, заливаются колокольчики, танцует море, танцуют звезды, танцует ветер... Танцуй, моряк, танцуй!

– Теперь ты меня поцелуешь?

– Поцелую. Такой, какая ты есть...

– А какая я есть? Я такая, как ты хочешь... Я – такой, как ты хочешь. Я – это ты... Ты – это я... На эту ночь... Приходи еще танцевать, обязательно приходи. Не бойся. Зачем бояться? Есть ты – нет смерти. Есть смерть – нет тебя. Поцелуй меня, ну же!

Они касаются пружинящей синей поверхности, и море вскипает, тянется навстречу, рассыпается звездной пылью.

Крылатые тени взлетают, дразня влюбленные волны, они танцуют, и море танцует. Волны и звезды, ветер и звезды, волны и звезды, и мы. Звезды и ветер, забудем о смерти, забудем в свете луны.

Ветер и море, ветер и воля, нет ни судьбы, ни беды, ветер и звезды, звездные гроздья, в волнах полночной луны. Звезды танцуют, море ревнует, танец, где я и где ты. Звездная пристань, ветер, как быстро тают полночные сны.

Это все же ОНА – женщина, ведьма, звездная тварь, желанная и жадная. У нее синие глаза. Или голубые? Нет, черные...