После этого он предложил заняться наёмничеством. Связал нас с нужными людьми, помог с экипажами. Мы уволились с флота и занялись этим. Ты не представляешь, сколько это повлекло за собой проблем. Мы несколько раз жалели, что связались с этими караванами. Однажды на караван напали, и одному линкору здорово досталось. Пришлось продать тяжёлый крейсер, чтобы рассчитаться по долгам и отремонтировать линкор.

— Знаешь, я наоборот, хотел продать линкоры и оставить его. Он был нисколько не хуже линкора.

— Знаю, но за линкор предлагали какие-то смешные деньги, а на него почти сразу нашёлся покупатель и предложил хорошую цену. Пришлось продать.

— Продали и продали.

— Алекс, отзови от меня своих подручных. Они меня достали. Я всё отдам, мне ничего не нужно.

— Мила, я никого не посылал к тебе.

— Тогда, что им нужно от меня?

— Подожди, я сейчас выясню у адвоката.

Вызвал адвоката.

— Что, опять прислали? — спросил он.

— В этот раз пытались физически захватить меня.

— Не получилось у них?

— Нет пока. Скажи, ты нанимал кого-нибудь, чтобы искали моих жён?

— Ты же сам заплатил за это?

— Я?

— Да, ты.

— В общем, отмени всё. Она рядом со мной сидит, мы сами всё решим между собой.

— Как скажешь. Всё отменил.

— Отлично.

— Ничего от них в почту не приходило?

— Сейчас посмотрю. Пусто.

— Понятно.

— Тогда как появится, вызывай.

— Конечно.

Закончив разговор, посмотрел на неё.

— Ты всё слышала. Он всё отменил. Честно говоря, ни о чём таком я его не просил. Это его личная инициатива.

— Что у тебя происходит?

— Флот меня достал своими исками. Три суда было. Все три они проиграли, но упорно пытаются навязать мне новый контракт. Жду теперь очередной суд. Не знаю, что они ещё придумают. Отец у тебя тоже мне контракт предлагал. Поговорила бы ты с ним, его только из-под ареста выпустили.

— Его-то за что?

— Не знаю. Он мне ничего не ответил на этот вопрос.

— Поговорю.

— Кстати, что значит «Его-то за что?»

— Меня тоже арестовали.

— Тебя за что?"

"— Не знаю. Почти сразу после свадьбы забрали, и больше месяца я просидела в тюрьме.

— За что?

— Не знаю, задавали кучу каких-то непонятных вопросов.

— Спрашивали о тебе, кстати. Тогда я не понимала, с чем это связано.

— Думаю, я здесь не при чём. Меня почти четыре года не было, и многое что за это время изменилось. Скорее, это связано с твоей мамой и её работой. Она не навещала тебя там?

— В тюрьме?

— Да

— Нет, не навещала.

— Значит или вас брали в заложники, или она была в тюрьме, как и вы.

— Её-то за что?

— А вас за что?

— Не знаю.

— Вот и я не знаю, впрочем, разберёмся. Скоро они опять что-нибудь предпримут, чтобы захватить меня. Нужно разобраться, что они сделали с искином. Ты пока оставайся здесь.

— Как скажешь.

Запищал планшет, сигнализируя о входящем звонке. Вызывавший мне был не знаком.

— Добрый день.